Один босс на двоих

Сашка всегда хотела жить красиво и богато, да вся беда была в том, что ей хотелось всего и сразу. А насмотревшись в юности мыльных опер, она была более чем уверена, что все это можно получить, только через постель. И вот однажды судьба подарила ей такой шанс…

Переехав в Москву, она, недолго думая, прямо с вокзала направилась к подруге детства, за помощью. Алина, работая моделью, умудрилась удачно выйти замуж, и, будучи женой крупного бизнесмена, Антона Погудина, с радостью помогла подруге устроиться на работу в фирму мужа — секретарем. Но так как мозг у Александры был настроен только на одну волну, а именно, поиск богатого мужа, работа у нее не пошла. И управляющий, так как жена одного из совладельцев очень за нее просила, перевел незадачливую и не слишком расторопную девицу на пониженную ставку и должность нечто среднее между кофеварочной машиной и курьером. Но это не расстроило Сашу, ведь у нее в первый рабочий день появился покровитель, иначе бы она и недели не продержалась в офисе…

В один из скучных рабочих дней, сидя за маленьким столиком в углу приемной, она, как обычно туго соображала, куда какой документ отправить, из кабинета Антона Погудина выскочил злой как черт его младший брат, и совладелец Вадим, более известный как Босс. Быстрым, размашистым шагом он пересек приемную, уже в дверях оглянулся в ее сторону.

— Кофе? — спросила она, улыбаясь, и кокетливо наворачивая на палец темный локон.

— Чай, — коротко бросил тот, громко хлопнув дверью.

Ну, чай так чай, подумала Саша, поднимаясь из-за стола, все какое-то разнообразие. Заварив чайный пакетик в чашке из непрозрачного опалового стекла, она понесла ее в кабинет, гадая, поделится ли с ней Вадим причиной своего недовольства или нет. Не смотря на то, что уже три месяца они являлись любовниками, последние две недели он постоянно что-то скрывал от нее, хотя ранее довольно охотно делился.

Войдя в кабинет без стука, Саша закрыла дверь и, вышагивая как модель на подиуме, неспешно приблизилась к столу, большому покрытому черным лаком.

— Твой чай, — произнесла она, отбросив черную волну волос назад.

Вадим, скрестив руки на мощной груди, стоял напротив огромного окна и пристально взирал куда-то вдаль.

— Поставь на стол, — коротко ответил тот, продолжая буравить взглядом улицу за окном.

Поставив чашку, Саша подошла к Вадиму сзади и, обняв руками за талию, крепко прижалась к нему всем телом.

— Что случилось? — спросила она, потеревшись щекой о его спину. — Ты опять поссорился с братом?

— С ним просто не возможно НЕ поссорится, — зло огрызнулся Вадим, напрягаясь всем телом. — Этот кусок дерьма любит изображать из себя папочку, забывая, что я не его сын.

Медленно проведя руками по груди мужчины, Саша ласково промурлыкала.

— Ты сегодня приедешь ко мне? Я так соскучилась…

Развернувшись к ней лицом, Вадим некоторое время смотрел на нее не мигающим, каким-то не отрешенным взглядом, затем на его лице появилась хищная ухмылка.

— А зачем нам ждать до вечера? — спросил он, крепко прижимая к себе девушку.

— Вот именно, — ответила та, проведя по лицу мужчины кончиками пальцев, очерчивая его контур, касаясь мягких губ, как бы дразня.

Склонившись над ней, Вадим медленно, словно дразня девушку, провел языком по ключице, поднимаясь вверх по шее, он слегка покусывал нежную кожу. Саша, закрыв от удовольствия глаза, обхватила его за шею, прижимаясь к мускулистой груди плотно обтянутой белой рубашкой. Добравшись до цели, Босс впился жестким поцелуем в мягкие, податливые губы девушки, рукой проведя по бедру, поднимая попутно вверх короткую черную юбку.

Покусывая и облизывая губы Саши, Вадим другой рукой коснулся кусочка кружева, который гордо назывался трусами, он медленно через ткань поглаживал нежный бугорок. У Сашки внизу живота стало тепло, и она чуть слышно застонала, крепче прижимая к себе мужчину, обхватив его за плечи. Развернувшись вместе с ней, Вадим впечатав любовницу в стену, рывком разорвал на ней блузку, мелкие пуговки разлетелись по кабинету, задрал и без того короткую юбку. Саша задрожала от охватившего ее желания, ей нравилось, что Вадим всегда был груб, было в нем что-то животное. Одной рукой он накрыл ее не большую грудь, подсунув ладонь под лифчик, сжимая ее, а второй спустился вниз, отодвигая тонкую полоску трусиков.