Очнувшийся в Армагеддоне

-Вы меня слышите, рядовой?

Он раскрыл глаза, увидел медсестру.

– Как вас зовут? – спросила она, и посветила в глаза фонариком, – Сколько пальцев я показываю?

Руки вцепились в поручни, тело приподнялось с кушетки. Три пальца он видел отчётливо.

– Ну? Чего молчите? Сколько пальцев.

Рот приоткрылся, но сказать ничего не мог. Он попытался промычать, но и этого не получалось.

– Что с ним? – в барак зашел командир полка.

– Как и со всеми остальными, попавшими под «ГРОДЫ», – сказала сестра, – амнезия, говорить не может, имени тоже не помнит… Как его зовут?

– Не время, – буркнул командир, – Винтовку держать может? – он повернулся к рядовому, – Рядовой Илюхин, как нужно вести себя при старших по званию!? Встать!

Илюхин резко вскочил. Он вытянулся, отдал честь командиру. Хоть ничего сказать и не мог, но по лицу ясно прочиталось: «Так точно!».

– Вольно, – скомандовал командир, – Как выполнять приказы еще не забыл. Значит, воевать может. После колоссальных вчерашних потерь… Сегодня нам нужны все силы…, – он обернулся к сестре, и увидел ее скорбное лицо, – На инструктаж рядовой! Шагом м-м-марш!

Он прошел по окопам метров двести. Повсюду дым, туман, копоть. Солнца почти не видно. Ядерная зима.

Дойдя до навеса с огромным телевизором посередине, Ильюхин присел на лавку к остальным бойцам. В его полку было чуть больше пятисот человек. Еще было как минимум десять таких гарнизонов, по всему периметру «Северного Фронта». На десятки километров земля была изуродована окопами и воронками.

Командир подошел к экрану, взял указку, и начал инструктаж. Он рассказывал про новую разработку врагов. «ГРОДЫ» – Гранаты на Ракетоносителях малой дальности Оглушающие Дымовые. На таких ракетах нет взрывчатых веществ, есть лишь газ, который распыляется в радиусе шестидесяти метров от одной боеголовки – гранаты. Газ вызывает амнезию, потерю памяти, дезориентацию в пространстве, но не убивает. Убивают «враги» в масках, которые после обстрела прихлопывают «растерявшихся» бедолаг-контуженных, как жуков.

Следующий слайд: «Реактор». Машина, создающая огромный электромагнитный «Купол» на десятки километров в высоту и ширину. Через «Купол» не пролетит ни одна ракета, ни один самолет, ни любое другое средство с чувствительной электроникой или атомной техникой на борту. Все глохнет.

Так вот оно что! Илюхин вспомнил какие-то обрывки. «Реактор» есть как на нашей, так и на вражеской стороне. Главная цель – уничтожить его. Тогда можно будет навести ракеты, и стереть с лица земли весь вражеский форпост. Вот почему их ракеты без взрывчатки – взрывчатка слишком тяжелая, нужны мощные ракетоносители. Вот почему снаряды малой дальности – в них нет электроники, и запускать их можно «как петарды».

По сравнению с современными технологиями, человечество словно вернулось в каменный век. Кидаются камнями – «ГРОДАМИ» и прочими ракетами малой дальности, с копьями в руках – оружие без электроприводов и навороченных прицелов, ведь это все не работает под «Куполом». Танки, самолеты – везде ручное наведение. А реактивные самолеты с их двигателями? Видимо они здесь тоже бесполезны.

Илюхин огляделся по сторонам, снова флешбэки. Он вспомнил где находится. В Вашингтоне. Через километр на север – Белый Дом. В бункере под Белым Домом первые лица государства. Президент Америки, министр обороны и прочие. Они взяты кольцом со всех сторон, и отрезаны от большей части своих войск. Илюхин – на северном фронте. С южного тоже идут наши. Это последний рубеж Американцев… И сегодня… Сегодня будет «Прорыв».

Командир смолк, отошел от экрана. Телевизор сам настроился на какую-то частоту. Сквозь помехи появилось грубое мужское лицо с густой серой щетиной.

– …Российская Армия победоносной поступью идущая на помощь мирным гражданам всей планеты! Идущая освобождать народы от Англосаксов – безжалостных оккупантов, фашистов, развязавших войну! Из-за них вымерли десятки рас и народов, а оставшиеся в живых…

То ли экран обладал каким-то визуальным эффектом, то ли запись была так сделана, но, где бы ты не находился в радиусе видимости, злой выразительный взгляд смотрел прямо тебе в глаза. А лицо, словно голограмма, обладало объёмностью, и редкие волосы на голове мужчины лет сорока шевелились как настоящие. Будто стоит он прямо здесь, в сыром, покрывшимся десятым слоем плесени бетонном окопе. А голос… Голос вводил в транс. И у каждого, кто слышит его речь внутри что-то просыпалось. У каждого начинался прилив ярости, патриотизма, даже у тех, кто ненавидел свою жизнь. Тот, кто ненавидел сидеть в окопах, день ото дня загнивая радиационными болезнями. Тот, кто ненавидел есть разбавленный в воде порошок с витаминами на завтрак, обед и ужин. Тот, кто ненавидел войну, и все, что с ней связано.

После его речи все мгновенно забыли о недугах. Единственная задача читалась теперь по лицам молодых парней, единственный их смысл жизни – уничтожить врага. Точка.