Очищение

1

Последний патрульный рейд на север прошел спокойно. Туареги2 откатились на границу с Ливией в свои исконные земли и уже несколько недель не проявляли активности. Исламисты из Ансар-ад-Дин3 тоже рассосались по дальним селениям в ожидании, пока французы в последний раз проедутся конвоем по пустынным дорогам, перед тем как с позором покинуть Мали. Вступать в боестолкновение с контингентом MINUSMA никто из полевых командиров не хотел, понимая, что место модных французов вскоре займет гораздо более опасный и профессиональный противник.

Три покрытых пылью патрульных VABа4 вкатились на территорию передовой базы Госси5 и, высадив парашютистов перед штабом, проследовали к ангарам. Командир патруля пошел докладывать начальству, а бойцы устало побрели в расположение, где их ждали горячий душ, кондиционер и холодное пиво.

Настроение у людей на базе было скверное. Десять лет назад Франция вошла в Мали, чтобы «стабилизировать обстановку». Ну как стабилизировать… Вначале Париж инициировал свержение власти Каддафи в Ливии и развал страны. Причины понятны: французские компании хотели прибрать к рукам ливийскую нефть. К тому же полковник стал открыто намекать на то, что Елисейский дворец должен выполнить некую «свою часть договора».

Ливийская часть этого договора раскрылась вскоре после начала бомбардировок Триполи авиацией НАТО. Оказалось, что Каддафи незаконно финансировал предвыборную компанию Саркози в размере около пятидесяти миллионов евро. А вот что тот пообещал в ответ, наверно, еще долго останется тайной. Так или иначе, вопрос с очередным аборигеном, наивно поверившим европейцу, был решен авиаударами. Некогда благополучная и процветающая Ливия, к искреннему удивлению разрушившего ее НАТО, погрузилась в хаос междоусобной войны. Через нее транзитом на север в Европу хлынули миллионы мигрантов из Африки, а на юг – потоки оружия и исламских радикалов, заполнивших вакуум власти после Каддафи. В результате развала Ливии Франция вместо нефти получила толпы полуграмотных голодных африканцев, а вместо «демократической и свободной» страны – рассадник исламского терроризма.

Падение Каддафи оказало крайне негативный эффект на Субсахару6 и, в частности, на бывшую французскую колонию Мали, которая итак балансировала на грани полноценной клановой войны. На севере кочевые племена туарегов взяли под контроль обширный приграничный район южной Ливии и примыкающую к ним часть Мали. На северо-востоке оживились исламские радикалы. Те вообще хотели захватить всю страну и устроить исламское государство, живущее по законам шариата. У правительства одной из беднейших стран мира не было шансов противостоять этим угрозам. Стало очевидно, что в Западной Африке вот-вот появится растущий очаг региональной напряженности, сравнимый по масштабам и угрозам с ИГИЛ7 в Сирии.

Чтобы хоть как-то подсластить горечь поражения в Ливии, Париж под мандатом ООН инициировал «миссию по стабилизации». Правда, ходили упорные слухи, что Францию интересовали запасы нефти и урана на севере Мали, но это, конечно, были досужие домыслы апатриотичных журналистов, ничего не понимающих в продвижении демократии. Так или иначе, в 2013 году в рамках миссии MINUSMA в Мали вошел сводный шеститысячный контингент, основу которого составляли французы.

С того момента прошло десять лет и три военные операции «по стабилизации»: «Сервал», «Бархан» и «Такуба». Все закончились неудачно. Несмотря на превосходство в технике и поддержку с воздуха, французы не сумели сдержать ни туарегов, ни исламистов. К концу 2020 года повстанцы контролировали почти весь север, восток и даже совершали дерзкие вылазки в столицу Бамако. При этом MINUSMA потеряла несколько сотен человек и кучу техники.

Поняв, что не могут выиграть партизанскую войну, французы ограничились патрулированием крупных дорог и начали применять американскую тактику ударов с воздуха. Точность и эффективность таких ударов была гораздо ниже среднего. Мирные жители гибли десятками. Раздуваемые журналистами скандалы о сопутствующем ущербе следовали один за другим. Местное население, и раньше не особо жаловавшее «стабилизаторов», стало их просто ненавидеть и при малейшей возможности старалось им навредить. Популярность правительства стремительно падала. Обострились социальные и клановые противоречия. Стало очевидно, что страна неуклонно скатывается в хаос.

В конце концов в 2021 году военные свергли профранцузское правительство в Бамако и поставили у руля своего человека. Тот, видя, что французы, несмотря на огромный перевес в силе, с повстанцами не справляются, обратился к русским. Очень скоро первый транспортник из Москвы с двумя десятками инструкторов известной российской ЧВК8 и кое-каким вооружением приземлился в столичном аэропорте.