Обыкновенные чудеса (СИ)

Главная помощница Снегурочки! О чём ещё можно мечтать в четырнадцать лет?

Граждане, граждане, потише, пожалуйста! Я догадываюсь, о чём может мечтать современная девочка-подросток. А если скажу вам, что девочка живёт в лесном посёлке? Не убедил? Ладно. А если – в сказочном лесном посёлке? Да-да, в самом обычном сказочном посёлке! И управляет этим посёлком самый обычный волшебник. Такие дела.

Так вот, о чём это я? А, да! Вечером мэр посёлка вызвал Марьяшу к себе и сказал, что принято решение назначить её главной помощницей Снегурочки.

Собственно, Снегурочка появлялась в посёлке только в канун Нового года. С дедом Морозом всё обстояло гораздо проще. Большинство детей с определённого возраста догадывались, что дед Мороз у них местный, а если уж точнее, должность эту брал на себя мэр  (кстати, не дай вам Бог так его назвать – мэром, против «деда Мороза» он ничего не имел). Старый волшебник доставал шубу и валенки, когда приходило время, а борода и посох были всегда при нём. А вот Снегурочка… Снегурочка была существом загадочным, даже чудесным.

Всю следующую неделю Марьяша была занята делами. Нужно было украсить главную площадь, выбрать ёлку, приготовить угощение для малышей и многое-многое другое. Нет, конечно, жители посёлка не взвалили на бедного ребёнка все свои новогодние хлопоты. Скажу по секрету, если бы девочка что-то не проконтролировала, ничего бы не произошло. Хозяйки готовили угощение, ребятня поменьше под надзором старших убирала снег с площади, а два местных охотника, они же, собственно, по совместительству лесорубы, отправились за ёлкой. Но Марьяша была ответственным подростком и всегда старалась всё держать под контролем. Она лично поехала с охотниками за ёлкой. Обошла весь лес, где по колено, а где по пояс в снегу, разыскивая ель повышенной пушистости, пока разбуженный этой суматохой медведь не психанул, и не протоптал ей широкую колею к красивой ёлке. Зато ель эта была самая лучшая!

Правда Марьяша настолько замёрзла, что тут же по возвращении была отправлена на дегустацию угощений с горячим чаем. Напившись чаю, она сразу же попыталась выбраться на улицу наряжать ёлку, но была остановлена опытными хозяйками: дескать, нечего руководству под ногами топтаться, руководить можно дистанционно. Таким образом, уснула она в кресле перед большим окном и не могла точно сказать, видела она, как устанавливали звезду, или это ей уже приснилось.

Утром ёлка, слегка припорошенная снегом, уже играла на солнце разноцветными игрушками. Улыбнувшись, Марьяша встала и увидела на столе конверт, на котором было большими буквами написано: ГЛАВНОЙ ПОМОЩНИЦЕ СНЕГУРОЧКИ.

Марьяша открыла конверт, прочитала письмо, упала обратно в кресло, снова прочитала и, как была в домашних тапочках, рванула через площадь в мэрию:

– Господин мэр, господин мэр, – крича на всё здание, влетела в кабинет Марьяша, – всё пропало!

Мэр всегда был по натуре «совой» и громких криков ранним – и не только ранним – утром не переносил, потому с трудом подавил желание заткнуть уши и с упрёком воззрился на Марьяшу.

– Вот! – протянула она мэру письмо, где такими же большими буквами было написано: «СРОЧНО УЛЕТАЮ ПО СКАЗОЧНЫМ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМ», – и подпись: « Снегурочка».

– Всё пропало, – выдохнула Марьяша и уселась в кресло мэра.

– Почему пропало? – мэр развёл руками. – Раз Снегурочка улетела, сегодня Снегурочкой будешь ты.

– Но я же не умею! – со слезами на глазах пролепетала Марьяша. – Снегурочка – она такая… Такая чудесная! А что я?

– А вот и станешь такой, – с усмешкой проговорил мэр. – Я вот в детстве хотел стать библиотекарем, а стал волшебником, мэром, да ещё и дедом Морозом. А кому легко?

Когда все слова были сказаны, слёзы утёрты, а попытки трусливо дезертировать пресечены, Марьяша отправилась в секретную комнату переодеваться. А мэр, то есть уже дед Мороз, закутавшись в свою знаменитую шубу, пошёл развлекать детвору,  которая уже собиралась на площади.

Марьяша, уже переодетая, стояла в темноте комнаты, а где-то за стеной толпа кричала:

– СНЕ - ГУ - РОЧ - КА!

Марьяша зажмурилась, а через секунду открыла глаза уже у ёлки в облаке конфетти и огоньков. Она что-то отвечала и даже читала какие-то стихи, но всё происходило как в тумане. Отчётливо запомнилось только то, что сани вывезли не олени или даже собаки. Сани и нагруженный на них мешок с подарками почему-то толкали пингвины. У Марьяши сложилось ощущение, что и сам дед Мороз был озадачен сим фактом. Потом читали стихи, водили хороводы и пели песни и уже когда довольные дети убежали домой, к деду Морозу и Снегурочке стали подходить родители и благодарить за прекрасную ёлку. Щёки Марьяши горели от стеснения, и только морозец, румяня все лица, добросовестно это скрывал.

Когда все разошлись, Марьяша спросила:

– Но как так, господин мэр? Ведь я не волшебница, я не настоящая Снегурочка! Почему люди этого не увидели?

– А почему, как ты думаешь, мы сеем хлеб и сажаем овощи, а не едим магическую пищу?

– Не знаю, – пожала плечами Марьяша.