Объект

Посвящается

Гузель Катышевой

– Екатерина Андреевна, можно с вами поговорить?

– Нет, у меня сейчас пара.

– Это не займёт много времени, буквально пять минут, – не унимался Алексей, надеясь быть услышанным.

– Нет, у меня сейчас пара, – повторила Екатерина Андреевна.

Сидящие за учебными компьютерами сокурсницы переглянулись и заулыбались. Поняв, что беседы не предвидится, Алексей, закрыв дверь, смущённо удалился из аудитории.                                                                               В расстроенных чувствах бродя по широким коридорам опостылевшего университета, студент мысленно анализировал произошедшее.

«Ну и чем ты думал, когда зашёл в её кабинет?», – с ненавистью задал он сам себе вопрос, тут же понимая, что не найдёт ответ: насыщенная эмоциями голова отказывалась адекватно воспринимать реальность.

Парень и сам не понимал, что на него нашло. С одной стороны он ощущал гордость, что не побоялся разрешить мучавшую его в последнее время проблему. С другой, проклинал себя последними словами за то, что выбрал не то время и не то место для подобных бесед.

На эту девушку Алексей начал заглядываться не так давно: примерно с конца четвёртого курса. То, что она была не студенткой, а преподавателем его ничуть не смущало, а скорее, наоборот, в некоторой степени раззадоривало.

Когда два года назад он впервые увидел Екатерину Андреевну в университете, она показалась ему обычной девушкой. Не лучше и не хуже других. Точнее сказать, тогда он и вовсе не смотрел на неё как на девушку. Весь третий курс он спокойно ходил на её занятия, записывал в тетрадку слова, звучавшие из её уст, так же, как и посещал лекции других преподавателей. То же самое наблюдалось и на протяжении почти всего четвёртого курса. Но сейчас дело обстояло совершенно иначе. С некоторых пор он начал ощущать, что ему доставляет всё большее удовольствие любоваться внешностью ассистентки. При возможности Алексей старался чаще поглядывать на неё, понимая, что влюбился.

Окончание четвёртого курса позволило ему на время оставить мысли о Екатерине Андреевне, но это оказалась лишь короткая передышка.

С началом нового семестра чувства вспыхнули вновь. Алексей вдруг понял, что одних только взглядов ему теперь недостаточно. Девушка в свою очередь не замечала никаких странностей в поведении парня, относясь к нему как обычно.

Пытаясь справиться с этой напастью, студент пробовал переключить внимание на ровесниц, но всё заканчивалось крахом. На короткий срок он действительно словно забывал объект своей симпатии. Однако быстро понимал, что себя не обманешь, а сердцу не прикажешь, поэтому разрывал отношения. Ассистентка, словно приворожила парня, все его мысли вертелись только вокруг неё. На фоне однокурсниц Екатерина казалась ему умнее, интереснее, желаннее их.

Необходимо было не только мысленно, но и физически отвлечься от проблемы. Проще говоря, как можно дольше времени не пересекаться с Екатериной.

Но как это сделать?

Перестать посещать университет?

Не вариант. Ведь он живёт с родителями, а они бы сразу замучили его упрёками за то, что он прогуливает учёбу. Хоть он и учится последний год.

Кроме этого, Алексей стал замечать, что на старших курсах желание учиться становилось всё меньше. Во время занятий его одолевала скука, и он с трудом заставлял себя писать лекции. А в этом учебном году он ходил на них через силу.

Внезапно решение в голове созрело само собой. Оно было настолько простым, элементарным, и в то же время правильным, что студент сразу понял, что лучше не придумаешь. Но для его реализации могло возникнуть лишь одно небольшое препятствие: факт того, что он был студентом-очником. Это говорило не о том, что на плане можно ставить крест, а скорее о том, что добиться цели будет сложнее.

«Передумать ещё не поздно, – мысленно сказал он, поднеся пропуск к валидатору проходной, – но будь что будет. Лишь бы я скоро не пожалел о своём решении. Впрочем, если и придётся пожалеть, то не вижу в этом ничего плохого. Ведь люди учатся на ошибках».

На турникете загорелась зелёная стрелка, приглашая пройти вперёд. Для студента она была подобна зелёному сигналу светофора, словно говоря ему: «Счастливого пути!».

Восемьдесят две ступени лестницы… Именно столько отделяло Алексея от выхода за территорию альма-матер. Все эти четыре года он с лёгкостью преодолевал их, не видя особой разницы подъём это или спуск. Теперь же нервы раскалились до предела, а душа точно хотела стабильности, а не сомнительных перемен.

Взглянув прощальным взглядом на белые колонны университета, студент поспешил покинуть старинное здание на улице Бутлерова. На данный момент единственным его желанием было оказаться как можно дальше отсюда. Для осуществления желаемого он и прилагал усилия.