В объятиях Снежной Королевы

В этот неприметный зимний день в сердце четырнадцатилетнего Кая поселился холод. Злая обида, тоскливая боль, лютая ненависть.

Горький привкус этого чувства отравит всё, что он любит и погонит его прочь из дома, едва ему исполнится восемнадцать.

Хотя ничего из ряда вон выходящего не произошло.

— Эй, парень!

Большой тонированный джип остановился возле колонки, когда Кайрат уже зацепил свой наполненный водой бак крюком тележки и даже сделал несколько шагов к дому.

— Парень, я к тебе обращаюсь! — повторил женский голос.

Он мельком обернулся, чтобы убедиться, что зовут не его, но из открытого окна машины женщина смотрела именно в его сторону.

— Ко мне? — показал он на себя рукой и остановился.

— Да. Подойди.

Её тон не предполагал отказа. И она такая красивая! Кайрат не видел женщины прекрасней. Невероятная, немыслимая, непостижимая красота. Её тёмные с рыжеватым отливом волосы свесились из окна и ледяного оттенка голубые глаза наблюдали за ним, пока он сделал эти несколько шагов.

«Ей, наверно, больше тридцати», — отметил про себя парень. И что-то в ней было и вызывающе опасное, и по-детски трогательное одновременно. Может, эта полноватая, словно обиженно выпяченная нижняя губа? Веснушки на аккуратном носу? А может насмешка, едва обозначившая ямочку на щеке?

— Не бойся, не укушу, — сказала она, и протянула записку. — Скажи, если я поеду по этой улице, попаду на Адмиральскую, 8?

Именно этот адрес и был выведен на листке, а ещё фамилия Жукова Елизавета Петровна.

Кай не знал какими судьбами её занесло к этой колонке, но точно знал, где живёт баба Лиза. Адмиральская была отрезана от них забором воинской части.

— Нет, — он энергично покачал головой. — Надо выехать, вернуться на Связную, по ней проехать где-то до середины, и там на другой колонке повернуть налево.

Он слышал музыку, которая звучала из салона, чувствовал сладкий аромат духов, видел морщинку, что пролегла между её бровей, пока она обдумывала его слова.

— Может, покажешь? — и брови её поползли вверх домиком.

Он и так бы не отказал, но этот её несчастный вид — он готов бежать возле машины как верный пёс, даже, если это на другом конце города. Но она махнула ему рукой:

— Садись вперёд.

Он замешкался, не зная с какой стороны ему обойти этот огромный джип, но потом рванул назад, заодно отметив эмблему Toyota, надпись Prado и логотип на номере «Савой-авто».

Он ни разу не сидел в такой красивой машине, и аккуратно захлопнув дверь, на бежевом кожаном сиденье почувствовал себя неуютно. В своих залатанных на коленках штанах, в куцей куртке, из которой торчали его голые руки чуть не по локоть (так она ему мала), с варежками в руках, мокрыми насквозь и покрытыми грязными льдинками, он смотрелся здесь лишним, неуместным, чуждым этой роскоши. Он снял вязаную шапку-петушок и пригладил жёсткие волосы.

— Сколько тебе лет? — спросила женщина, разворачиваясь у колонки под раскрытые рты соседок.

— Четырнадцать, — ответил он.

— Хм! Как моему сыну, — заметила она. — А зовут тебя как?

— Кай. То есть Кайрат, но Каем меня зовут чаще.

— Красивое имя. Теперь налево, правильно?

Она остановилась на перекрёстке и включила левый поворот, который тикал как бомба с часовым механизмом.

— Да, — кивнул Кайрат и больше не нашёлся что добавить.

— Прорвало их, что ли? — возмутилась она, когда они простояли какое-то время, но так и не смогли переждать проносящиеся мимо машины. — Да, достали!

Она вдавила педаль газа так, что Кайрата откинуло в кресло, и под возмущённое гудение нескольких клаксонов, вывернула и встроилась в поток.

— Вот так-то лучше, — подмигнула она ему как ни в чём не бывало.

Он наклонился и поднял чёрную коробочку, слетевшую на пол при её опасных манёврах. Из неё доносилась музыка, и Кайрат точно знал, что это. То, чего ему никогда не иметь. Айпод. Он заворожённо смотрел на маленький экран, на выпуклый круг управления, на надкушенное яблоко, на четыре красивых буквы «iPod».

— Упал, — он бережно положил его на мягкий резиновый коврик на приборной панели.

— Это сын забыл в машине, а я решила узнать, что слушает современная молодёжь. Ты любишь музыку?

— Да, — кивнул Кайрат и очень надеялся, что она не будет спрашивать, что именно ему нравится. Что он ответит? То, что крутят по радио и показывают по телевизору? Да, ему многое нравилось, но из того, что он успел увидеть на айподе он даже названия не смог прочитать.

— Смотри, эта колонка? — она сбросила скорость и показала рукой в кожаной перчатке. Только сейчас он заметил мягкие коричневые перчатки, облегающие её маленькие кисти как вторая кожа.

— Нет, нет, следующая, — поспешно ответил он, пока она снова не включила «поворот».

— Как хорошо, что ты согласился! Видишь, я бы снова повернула не туда. Блуждаю здесь целый час.

— Вам же баба Лиза нужна? Знахарка? — он старался на неё не смотреть, тщательно изучая мелькавший за стеклом асфальт в белых пятнах, на месте которых летом будут ямы.

— А ты её знаешь?