Общее положение России и задачи Добровольческой армии

9 сентября 1917 года я принял сан священника и был назначен проповедником при штабе 1-й Армии.

Мой первый разговор с солдатом поразил меня чрезвычайно.

Подошел тщедушный, растерянный человек, разом потерявший всю свою недавнюю военную выправку, и, как-то боком глядя на меня, сказал:

– Мы все очень вам благодарны насчет слова Божия. Это вы действительно верно. Только что, каждый день у нас лекции теперь. И все по-разному. Замотали нас совсем. Хоть вы, батюшка, скажите правду!..

Сказать правду? Да! Это нетрудно! Но как трудно заставить поверить правде! Я очень скоро с горечью должен был убедиться в этом.

Слушая твою правду, солдат, прежде всего, интересовался не самой этой правдой, а тем, почему ты ее говоришь. Нет ли каких-либо «корыстных» целей в твоих словах. Недоверие, иногда грубое, иногда более деликатное, сопровождало всякий разговор о правде.

Вот и приходилось начинать с «биографии», с себя. Иногда не дожидаясь вопроса. Хотя почти всегда «вопрос» не заставлял себя ждать:

– А вы сами, батюшка, откуда?

– Я из Петрограда.

– Так. Приходской или в полку служили?

– Нет, я светский. После революции принял сан.

– Так…

Дальнейших вопросов я уже не дожидался. Я сам выкладывал все по порядку. И только после всех необходимых «справок» можно было начинать говорить о «правде».

Прошло два года. Много с тех пор утекло воды. Та правда, которая была тогда ясна для немногих, – сбылась воочию.

Но темный русский народ прозрел еще далеко не весь. Так же «мотают» его в разные стороны различные политические партии, зазывая в свою «лавочку». Так же обещают ему и землю, и волю, и медовые реки, и кисельные берега. И так же с каждым днем живется ему все хуже – и так же растерянно он спрашивает:

– Где же, в конце концов, правда?

Но теперь легче ответить на этот вопрос, потому что не надо в подтверждение своих слов указывать на будущее, – можно говорить о настоящем. Ты хочешь знать правду? Прекрасно! Приди – и смотри!

История не знает другого примера такого быстрого и такого ужасающего распада государства, какое явила миру Россия.

Это «сказка», «сон» – называйте, как хотите! Но ничего подобного нигде и никогда не было.

В два года великая страна превратилась в груду изуродованных осколков. Не осталось ни одного «живого места».

Разгром политический. Разгром экономический. Разгром нравственный – вот те «завоевания революции», которые куплены ценою неисчислимых страданий, всеобщего горя, потоков крови и слез.

В политическом отношении современная Россия представляет собой ужасающую смесь дикой анархии и самого жестокого деспотизма. В «советской России» центральная власть принадлежит кучке людей, наглым обманом воссевшей на самодержавный трон. По образцу «центральной власти» – местные «совдепы» состоят не из выборных людей, а из захватчиков, пролезающих к власти путем насилия и преступлений. Деспотизм совдепов превзошел все до сих пор известные в истории виды тирании.

Но это не могло дать народу «порядок». Произвол наверху бросил массы во власть разнузданнейшей анархии. Потеряв всякое представление о «правде», все построив на силе – «совдепы» и всю страну повели за собой. Каждый гражданин в отдельности стал опираться на «силу» – и началась такая вакханалия всеобщего произвола, что весь политический механизм государства был изломан в щепки – с быстротой совершенно фантастической.

«Наверху» власть упивалась террором.

Назовите хотя бы одного императора старого или нового времени, при котором совершено было бы такое количество смертных казней, какое совершили коммунисты за последний год. Где и когда пытки доходили до таких чудовищных размеров? Был ли где-нибудь до такой степени упразднен суд, как в «совдепии»? В самые черные дни единоличной деспотии было ли когда-нибудь так задушено «свободное слово», как в эти два года деспотии «пролетариата»?

Это все – «вверху».

А внизу, точно «эхо» этой деспотии, началась деспотия каждого имеющего в руках винтовку. Ни один гражданин не гарантирован от насилия со стороны «вооруженного» коммуниста. Суда – нет. Закона – нет. Власти – нет.

Есть кучка разбойников наверху – и потому внизу начался такой же разбой, такие же расправы каждого захватившего оружие.

Россия перестала существовать как единое самостоятельное государство.