Оборотень: След Зверя [СИ]

— Идея существования других миров может оказаться всего лишь тем плодом, который произрос в наших мозгах и нигде больше, фикцией, пустышкой, но это не должно останавливать нас. Мы узнали о магии всё, что можно было узнать, мы создали сложное заклинание, способное перебросить душу в другой мир, мы делали это для своего королевства и для того, чтобы однажды уничтожить оборотней окончательно, мы совершили огромную работу на которую ушло несколько десятилетий, и вот настал тот миг, когда нужно пробовать.

Старый архимаг оглядел всех присутствующих в зале для проведения ритуалов. Двенадцать сильнейших магов королевства Тирон. Все они были в однотипных тёмно-сиреневых балахонах, подпоясанные на манер служителей Храма Одрина. Балахоны откинуты и можно видеть все двенадцать лиц, умудрённые и изрезанные морщинами. Многие из этих магов давно переступили за черту в три сотни лет и опыт имели соответствующий возрасту. Каждый из них в одиночку был невероятно силён, но для того, чтобы удержать магические потоки в пределах нового плетения даже их сил могло не хватить. Вот почему здесь присутствовал он, Великий Архимагистр — Аль-Вартан. Единственный из всех известных магов, кто смог пережить своё четырёхсотлетие, и не просто пережить, но и продолжить занимать место ректора в Магической Академии Кальбрега, столицы королевства Тирон.

Когда все двенадцать магов воздали должное его величию, отвесив поясные поклоны, Аль-Вартан перевёл взгляд на ученика третьей ступени, который лежал внутри начерченного на каменном полу знака. Сложная геометрическая фигура, названная великим магическим колодцем, должна была сконцентрировать над собой огромное количество энергии, а тринадцать магов придать этому бушующему потоку форму нового плетения.

— Мурганд, — обратился архимагистр к мальчишке, — Тебе выпала честь первым проникнуть в другой мир. Ты был выбран прорицательницей и тебе были объяснены твои обязанности. Но позволю себе ещё раз напомнить о них. Собирай все знания, которые помогут нам в борьбе с оборотнями и прочими тварями. Смотри вокруг внимательно, будь неотличим от местных жителей, используй магию обмана и иллюзии, не затевай драк и не участвуй в них, а также избегай прочих глупостей. Когда тебе покажется, что твоё нахождение в другом мире становится опасным, подай нам знак и мы вернём твою душу обратно.

Мальчишка кивал в такт словам учителя, но от Аль-Вартана не ускользнул ужас в его глазах и это вызвало у него вспышку гнева. Разве не объяснялось этому Мурганду несколько раз, что всё безопасно?! Разве он сам не вбивал ему в мозги все нюансы того, что произойдёт с ним во время ритуала? Глупая молодость! Как же он ненавидит её. Разве не лучше умудрённая старость, чем это пустоголовое шутовство? А ничего кроме шутовства в молодости и нет.

— Начнём же ритуал, — зло вскрикнул он и его голос разнёсся по огромному залу гулким эхом.

Двенадцать пар рук взметнулись вверх, архимаг поднял свои и над великим магическим колодцем вспыхнуло серебряное пламя.

Был всего лишь четверг, но отчим напился, не дождавшись пятницы. Что-то не ладилось на работе, хотя что там могло не ладиться? Он работал грузчиком в продуктовом магазине и не ладиться там было нечему. Катай себе тележку с пакетами и ящиками, да попивай время от времени пиво, затареное в каком-нибудь тёмном углу подвала.

Домой он пришёл в том состоянии, которое у него называлось — лёгкий недогон. То есть уже пьяный, но пока ещё не с полностью отключившимся мозгом. А вот когда у него мозг отключался, тогда было плохо. Он мог сделать всё что угодно, потому как совсем не контролировал себя. И почему мама терпит его? Неужели только из-за хорошего секса?

Разумеется, в свои шестнадцать Никита уже давно знал об этом, но вот представлять, что сексом занимается его мать, да ещё и с таким моральным уродом, было тяжело и противно. А не думать об этом было трудно. Отчим сам хвастался своими победами на любовном фронте, когда матери не было дома. Слава богу, ещё не о матери говорил, а о каких-то других своих бабах. Именно так он их и называл, и было у него баб не меньше сорока. По его словам.

А помимо этого он часто издевался над самим Никитой, намекая, что у такого как он вообще никогда бабы не будет.

— Ты же сопля, а не мужик. Посмотри на себя. Толстый, характера ноль. Займись спортом каким-нибудь, что ли. Хотя… Такому, как ты, бесполезно.

Дальше следовал смех и журчание наливаемой в стакан новой порции водки.

И всё бы ничего, если бы не сестра. Оле было пять лет и она своими вопросами и шалостями очень раздражала отчима. В любой её детской выходке он видел специальное желание позлить его, за что Оля получала подзатыльники или удары по спине.