Обещание экстаза

Крохотное каноэ стремительно скользило по воде. День был пасмурный, и свинцовое небо грозило разразиться ливнем. Река Саванна разбухла от прошедших дождей, и казалось, что ее коричневые воды вот-вот выплеснутся из берегов. Но мужчины, сидевшие в утлом суденышке, этого не замечали. Один из них, не очень высокий и худощавый, то и дело оборачивался или бросал взгляд через плечо – он явно нервничал. Другой же, здоровенный седоволосый детина, хранил полнейшую невозмутимость; глядя прямо перед собой, он энергично работал веслами, и лодка ни на секунду не замедляла движение.

К полудню тучи рассеялись, и выглянуло солнце. Над суденышком, разорвав тишину, с пронзительными криками пролетела голубая сойка. Один из мужчин – тот, что был поменьше ростом, – окинул берега опасливым взглядом. Вскоре лодка обогнула излучину и причалила к узкому пирсу, едва выступавшему из воды. Выбравшись из каноэ, великан привязал его к столбу у пирса и протянул руку приятелю.

Быстро поднявшись по крутому склону, мужчины остановились у раскидистой ивы.

– Все гораздо хуже, чем мы рассчитывали, Том, – заговорил великан. – Думаю, тебе нужно как можно быстрее забрать Марту и ценности и искать безопасное пристанище.

Том О’Брайен смерил Бодайна долгим взглядом. Тот же смотрел на друга не мигая – он ждал ответа.

– Проклятие, – проворчал Том. – Я слишком стар, чтобы срываться с места, бросив все, что нажил непосильным трудом. Я орошал эту плантацию кровавым потом – неужели только для того, чтобы оставить ее проклятым янки? Полагаю, достаточно и того, что мой сын Пол где-то бьется с ними… И одному Богу известно, жив он или убит. Уверен, сын будет в отчаянии, если по возвращении обнаружит родное гнездо в руинах, если увидит, что все то, ради чего он сражался, обращено в пепел. Нет, мы с женой не сдвинемся с места, – решительно добавил О’Брайен.

– Что ж, тебе самому решать. – Бодайн пожал своими могучими плечами. – Я бы, наверное, чувствовал то же самое, если бы не Виктория. Но ты ведь собственными глазами видел, как бесчинствуют солдаты Шермана. Они стремятся в Саванну, а твой дом и плантация Фарради находятся у них на пути.

– Ты собираешься отвезти Викторию в Саванну? – спросил Том.

– Да. Но она, конечно же, будет противиться. Еще не знаю, как сообщу ей эту новость.

Подумав о Виктории Фарради, Том невольно улыбнулся. Она и его сын Пол должны были пожениться, но война помешала. Ее мать умерла, отец погиб на войне, и девушка осталась одна на целом свете, если не считать Бодайна. Этот великан казался довольно необычным человеком – во всяком случае, он не был ни плантатором, ни наемным рабочим. Бодайн прибыл в Джорджию из Техаса, где Джон Фарради познакомился с будущей матерью Виктории и женился на ней. Бодайна в шутку называли сторожевым псом девушки, и Том полагал, что это весьма меткое определение. Мужчина следил, чтобы с головы девушки не упал ни единый волосок. Даже в пору, когда Виктория была совсем малышкой, делавшей первые шаги, он неотлучно находился рядом с ней. Мать Виктории умерла в ту ночь, когда девочка появилась на свет, а ее отец постоянно пребывал в разъездах. Зато Бодайн всегда был готов прийти Виктории на помощь по первому зову. Он завоевал доверие и расположение всех обитателей округи. Люди знали: если видишь Викторию, значит, ищи поблизости Бодайна.

– Мне бы не хотелось оказаться на месте человека, который скажет Виктории, что нужно оставить плантацию Фарради врагу, – заметил О’Брайен. – К тому же, Бодайн, кто гарантирует, что в Саванне будет безопаснее? Ты ведь знаешь, что случилось в Атланте. Весь город сгорел в огне.

– Гарантий, конечно, никто не даст, – в задумчивости пробормотал Бодайн. – Но в Саванне больше людей – вдруг это поможет? Я бы на твоем месте все обмозговал как следует и уговорил Марту присоединиться к Виктории.

– Нет, жена меня ни за что не оставит, – заявил Том. – А я ни за что не брошу наш дом.

– Тогда хотя бы закопай ценности и отгони скот в болота, как сделал я.

– Жаль, что я уже не молод, – со вздохом проговорил Том. – Иначе пошел бы воевать.