О жизни, о творчестве, о литературе (Из писем к Б Стругацкому)

Б. ШТЕРН

О жизни, о творчестве, о литературе

(Из писем к Б. Стругацкому)

27.11.76

Борис Натанович, дорогой!

Посылаю на Ваш суд "Рыбу любви". За осень написал еще два рассказа, но они "не то"... может, когда-нибудь для чего-нибудь пригодятся. А "Рыбой" я доволен, но боюсь своего авторского довольства - оно меня не раз подводило. (Слал Вам всякую дрянь читать и не понимал.) Вы, конечно, увидите, откуда растет этот рассказ - из чеховской "Душечки", до которой ему далеко, понятно. Но почему бы и нет? О современной Душечке? И писать было интересно. "..."

20.02.77

"..." "ХиЖ" взял на лето "Сумасшедшего короля".

Я, кстати, изменил концовку - ту, что Вам не нравилась.

Главный герой теперь не сходит с ума. И повыбрасывал много лишнего. "..."

29.05.77

"..." Моя главная новость в том состоит, что я на полгода бросаю работу. После длительных рассуждений и переговоров с женой мы пришли к выводу, что это надо сделать. Ибо революционная ситуация назрела. Низы не могут жить по-старому. В июне я подаю заявление об уходе, неделю лежу на пляже и плюю в потолок, то бишь, в волны Черного моря, а потом сажусь за письменный стол и ежедневно по 8-10 часов в сутки пишу рассказы до января. Шаг этот подкреплен и материально. Сейчас я делаю небольшую халтуру по художественному оформлению пионерского лагеря; гонорар за "Сумасшедшего короля", который в июне выйдет в ХИЖе, отпускные, последняя зарплата - всех этих денег, если поэкономить, хватит до января. За это время должен написать мин. 6 рассказов, т. е. по одному рассказу в месяц. Это вполне посильная задача. Потом я опять пойду на работу, поработаю год и опять на полгода сяду за письменный стол.

В общем, попытаюсь перейти на полупрофессиональный образ жизни. Надо в конце концов быть смелее и решительнее. За последний год двери некоторых редакций для меня приоткрылись, и весь вопрос в том теперь, как много я буду писать. Пора, пора.

Время ученичества и начинаний явно закончилось, всем все ясно - и мне в том числе, что: писать я могу, печатать меня стоит; и вывод отсюда единственный: взялся - давай! Мешают обстоятельства - ломай свои обстоятельства. Кризис? Кому какое дело до твоих кризисов. Вскочил па подножку - влазь в трамвай, чтобы двери закрыть. Или вылазь - тоже чтобы двери закрыть.

Прочитал последнюю повесть С. Борис Натанович, я прямо не знаю, что ему отвечать. То, что он глобально и страстно мыслит, это одно дело. Это хорошо, конечно. Но ведь он СОВЕРШЕННО не чувствует слово. Полнейшая художественная наивность, примитивность... Красивости, шаблонности, длинноты, скукотища. Ни одной свежей фразы. Ведь он же хочет заниматься ХУДОЖЕСТВЕННОЙ литературой, а слова в ней то же самое, что краски на картине. Нет особых правил накладывания красок, нет также и особых правил пользования словами - но все это надо чувствовать. Как ему это объяснить? Понятно, я не говорю про какую-то там грамотность... (А. в другой крайности.

Сугубый формалист! Уже не знаешь, что лучше. Вы бы нас в Москве увидели - рычат и нетерпимы друг к другу, как собаки, а я между ними говорю: "Ша, ша!") "..."

31.07.77

"..." Я месяц уже как не работаю, и, что самое интересное, работу не бросил, не уволился. В последний момент, когда уже подал на увольнение, директор завода не пожелал со мной расставаться и предложил дать отпуск за свой счет до 1-го декабря.

Это очень хорошо! Во-первых, стаж не прервется, во-вторых, не буду числиться в тунеядцах, в-третьих, к зиме не надо будет нервничать в поисках работы. Вернусь просто на прежнее место.

Поработаю опять, потяну лямку год, поднакоплю денег и опять возьму творческий отпуск. Это очень неплохой выход в моем положении. В любом случае, от литературных гонораров я зависеть не буду, а это, конечно, важно. "..."

15.08.77

"..." Спасибо, что врезали. Уже утерся. В сентябре пришлю Вам НФ рассказ, он будет повеселее.

Я, в общем, как герой Высоцкого: "Поверьте мне, не я разбил витрину, а подлое мое второе Я". Мое настоящее Я - юмор, поворот сюжета, воля и хулиганство. Оно любит мир, людей, весну, лето, осень, женщин, детей, бабочек, хорошую литературу и вообще все на свете, кроме Б. и плохой литературы. А подлое мое второе Я норовит то и дело писать печатабельные рассказы, понимая под этим почему-то плохие рассказы. Вэчная борьба противоположностей.

Вывод: поимейте жалость к подзащитному, Борис Натанович!

Он еще нахулиганит, а сейчас он давит в себе второе Я. "..."

18.09.77