Опрос с ответственностью

Вообще-то я не люблю уличные опросы и никогда в них не участвовал. И дело не столько в том, что тратится время, непонятно на что, а в том, что я не люблю, когда меня загоняют в прокрустово ложе. Может, я бы по-другому вопросы сформулировал. Или хочу дать развёрнутый ответ. Или короткий, но которого нет в списке.

Почему я к ним подошёл? Я думал над этим. Да, их внешность — это внесло главный вклад. Мужчина и женщина, лет 35–40, и оба симпатичные. Лица такие — не только умные, но и честные. Приятно было на них смотреть. Ну и тема опроса — это второй фактор. Что-то про войну. Сегодня 22-е июня, отсюда, наверно, и тема. Я-то войной интересовался, многое знаю, а вот современная молодёжь… Многие знают очень мало. И мне стало интересно, насколько тупые у них вопросы. Вот если бы узнать вопросы, но самому не отвечать… Просто поговорить с ними.

И тут женщина мне улыбнулась, и я решился. Конечно, заметила, что я остановился, и пригласила улыбкой. Но к такой женщине хочется подойти.

— Простите, если у вас нет времени, или если кто-то ещё подойдёт… Дело в том, что я не уверен, что захочу отвечать на ваши вопросы. Но хотел бы ознакомиться с вопросами. Если я вам мешаю…

— Время у нас есть. А вопрос у нас только один. Но прежде, чем его задать, я должен вас предупредить…

— Интересно. А может быть, скажете сразу, что за вопрос?

Мужчина и женщина переглянулись, и заговорил снова мужчина:

— Это возможно, но при условии, что вы твёрдо обещаете не отвечать на этот вопрос, пока не выслушаете предупреждение.

Это как раз то, что я и хотел — вопрос узнать, но не отвечать. Так что я обещаю.

— Хорошо. Вопрос такой: если бы у вас была возможность перенестись в 1941-й год и рискуя жизнью воевать на стороне СССР, вы бы на это согласились? Только помните — отвечать нельзя, пока не выслушаете предупреждение.

И тут у меня по спине пробежал холодок. В жаркий июньский день. Я не слишком наблюдателен, но даже я заметил, что что-то произошло. Шум улицы слегка стих и как-бы отдалился, люди шли мимо не глядя на нас и даже обходя метра за полтора. Ничего особенного, они и всегда спешат по своим делам, но чтобы все так демонстративно отводили взгляд…

— Да, мы умеем так делать. Что-то вроде сферы невнимания, если вы читали Лукьяненко. Только не магия, а технология. Так что я теперь могу спокойно вам зачитать необходимое предупреждение.

— Интересно, в какой степени вы сами понимаете, насколько ваш вопрос сложен. Я и без всякого обещания затрудняюсь на такой вопрос ответить. Тут многое зависит от обстоятельств, а вы, вероятно, на уточняющие вопросы не ответите.

— Постараемся ответить. Но о предупреждении: оно короткое, так уж постарайтесь, пожалуйста, выслушать.

— Да, хорошо, говорите.

— Если вы ответите отрицательно, то просто идёте дальше по своим делам. Но опасайтесь ответить положительно: в этом случае вы и вправду отправитесь в 1941-й год, и отказаться уже нельзя. Это всё. Видите — это вовсе не страница текста мелким шрифтом.

— Да, не длинно. Но от этого не легче.

— Вы хотели что-то уточнить. Пожалуйста, спрашивайте.

— Я просто перенесусь в 41-й год? Меня там арестуют. Ни документов, ни денег, ни жилья.

— Документы у вас будут. Как и одежда, которая не вызовет вопросов.

— Почему вы думаете, что меня возьмут в армию? Возраст у меня не призывной. Или моя задача — пробиться к Сталину и рассказать ему, что знаю?

— Нет, речь идёт о том, чтобы именно воевать, убивать врагов. В армию вас действительно не возьмут по возрасту. Могли бы взять в ополчение, но оно будет позже…

— Да даже если мне дадут винтовку — пожилой человек, не служивший в армии… Боюсь, моя боевая ценность будет близка к нулю.

— Вы можете воевать современным оружием.

— У меня нет никакого оружия. И нет возможности его приобрести. Даже если где-то достать автомат Калашникова…

— Мы дадим вам оружие, столько, сколько сможете унести.

— Вот танк бы не помешал. Абрамс или Армата.

— Танк вы не унесёте.

— «Кобылу подними-ка ты, да пронеси её полверсты». Нужно полверсты тащить, или только поднять?

— Десять километров. Причём время ограничено, четыре часа. Местность разная, здесь, в Подмосковье. Не по дороге.

— Тогда, наверно, гранатомёт. Или систему «Фагот». Или, ещё лучше, что-то зенитное, типа Стингера. Стингер сколько весит?

— Ракета 10,1 кг. А само устройство, в зависимости от комплектации, от 5,6 кг и больше.

— Три ракеты, больше не утащить. А советская Игла не легче?

— Ракеты тяжелее на полкило, установка примерно столько же весит.

— Тогда, наверно, Стингер. Под сорок кг, многовато. А как они упакованы, для них рюкзак нужен?

— Будут удобные ремни для переноски. Вам как удобно?

— Ну, скажем, ракеты за спиной, в ряд вертикально. Как раз тридцать с чем-то кило, нормально. А сама труба… Даже не знаю. Спереди, чтобы уравновешивать? Попробовать надо.

— Теперь отправляйтесь домой, а завтра за вами заедут. К восьми часам успеете собраться? Постарайтесь. Всего один день и на переноску, и на обучение.