О Михаиле Кедрове

В этой книге собраны из разных документальных источников воспоминания, очерки, статьи о Михаиле Сергеевиче Кедрове — соратнике Владимира Ильича Ленина. Публикации давних лет, вновь найденные и впервые написанные материалы рисуют яркий портрет профессионального революционера, коммуниста-ленинца, воина, чекиста, юриста и музыканта, историка и публициста.

Родился Михаил Сергеевич Кедров 12(24) февраля 1878 г. в Москве, в семье нотариуса. Еще в ранней юности он порвал с буржуазной средой, ушел из семьи. Заканчивал гимназию в Феодосии. Там же занимался в гимназическом кружке самообразования. Общение с рабочими-железнодорожниками, рыбаками и моряками способствовало воспитанию классового самосознания юноши. В 1897 г. Кедров поступил на юридический факультет Московского университета; одновременно занимался музыкой и изучением иностранных языков. За участие в студенческих волнениях его в 1899 г. исключили из университета. По той же причине он был лишен права заниматься и в ярославском Демидовском юридическом лицее. Преследуемый властями, Кедров под предлогом лечения несколько раз выезжал за границу. Побывал в Германии, Австрии, Италии, Дании, Швеции, в Балканских странах. В Швейцарии встречался с деятелями группы «Освобождение труда». Между поездками за границу вел нелегальную работу в Ярославле, Крыму, Нижнем Новгороде, Одессе. В 1901 г. стал членом социал-демократической партии. Вел пропаганду среди студентов Ярославля, сормовских рабочих. В Нижнем Новгороде был введен в состав партийного комитета — заведовал всей его техникой (архив, печать, конспиративные квартиры и пр.). После провала в конце 1901 г. выехал в Ярославль.

В марте 1902 г. Кедрова арестовали и водворили в тюрьму, «дабы, — по выражению ярославского губернатора, — не влиял вредно на других»[1]. Ему предъявлялось обвинение в активном участии в работе Северного комитета РСДРП, помощи партии материальными средствами. С этого времени и до победы Февральской революции Кедров находился под надзором царской охранки.

В постоянной борьбе с царизмом выковался непреклонный характер большевика, стойкого борца за дело рабочего класса, зрело мастерство конспиратора.

В конце 1904 г. Кедров после отбытия вологодской ссылки вернулся в Ярославль. Здесь он вместе с В. Р. Менжинским, Н. И. Подвойским и другими большевиками работал по сплочению рядов партии, подготовке рабочих к грядущим боям с самодержавием. В годы первой российской революции он активно выполняет партийные поручения в Ярославле, Москве, Костроме. Как член Костромского комитета большевистской партии занимается созданием и вооружением рабочей дружины.

«…На меня возложено было поручение закупить возможно больше оружия в Москве, — вспоминал Кедров. — Имел на руках когда-то выданное мне московским обер-полицмейстером полковником Треповым разрешение „на хранение на квартире одного револьвера с патронами“. Мне удалось, пользуясь этой бумажкой, закупить всю наличность ружейных магазинов Биткова (на Лубянке) и Зимина (на Тверской)…

Драгоценная покупка была тщательно упакована в три изящных чемодана… В Кострому добрался благополучно. С вокзала… чемоданы доставлены на квартиру начальника водных путей инженера Виткевича, жена которого сочувствовала большевикам… В тот же день все оружие было забрано оттуда и распределено по рукам».

Летом 1905 г. Кедров принимал участие в устройстве подкопа под Таганскую тюрьму для освобождения Николая Баумана.

В ноябре 1905 г. Кедрову поручается изготовление оболочек для бомб-македонок, которыми вооружались дружинники, участники вооруженного восстания.

В конце декабря полицейский агент донес в охранное отделение о том, что «в Перловке, в двухстах саженях от деревни Малые Мытищи, появилась фабричка, где производится выработка взрывчатых принадлежностей». «Фабричкой» был сарай дачи Шульц — сестры Кедрова, в котором Михаил Сергеевич оборудовал мастерскую по изготовлению оболочек бомб. Дача служила явкой и убежищем для революционеров, приезжавших со всех концов России по партийным делам. Охранка начала охоту за Кедровым. Сначала он скрывался в Костроме, а затем в Твери. Жандармское управление завело на него дело на привлечение к ответственности по статье 100 Уголовного Уложения, которая предусматривала смертную казнь через повешение. Фамилия Кедрова была внесена в «ведомость лиц, подлежащих розыску в пределах империи».

Вспоминая, что ему посчастливилось уйти от ареста и суда, Кедров писал: «После двухмесячного скитания по городам и весям благополучно прибыл в Петербург в январе 1906 года».