О Боге, вере и церкви. Мысли христианина

По благословению

Митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского ВЛАДИМИРА

Бог есть такое духовное Существо, от Которого всё и без Которого немыслимо ничто, в Котором начало, продолжение, жизнь и сохранение всего; Который бесконечно выше всякого времени и пространства; Который не начинался никогда и никогда не окончится; пред Которым всё как несуществующее; Который весь везде; Коего не вытесняет из какого-либо пространства ни один атом, ни горы, ни небесные тела, ни моря, ни воздух, ни земля; Который занимает Сам от вечности всякое пространство, занимаемое каким бы то ни было телом, хотя землей, и Сам, силой Своей содержит в бытии то тело; Который есть на всяком месте, на всякой невообразимой линии пространства, и Сам содержит неограниченно всякое пространство; – одним словом: Бог есть Сый, то есть как бы един вечно Сущий, един, Который есть, был и будет.

Когда идет дело о тайнах Божиих, не спрашивай внутренно: как это бывает? Ты не знаешь, как Бог сотворил весь мир из ничего; не можешь, да и не должен знать и здесь, как что-либо Бог делает тайно. Тайна Божия тайной и должна для тебя остаться, потому что ты не Бог, не можешь знать всего, что бесконечно премудрому, всемогущему Богу известно. Ты – дело рук Его, ничтожная тварь Его. Помни, что было время, когда не было ничего, а потом все, что есть теперь, сотворено из ничего Словом Божиим. Без Него ничтоже бысть, еже бысть (Ин. 1,3).

Когда ты про себя в сердце говоришь или произносишь имя Божие, Господа, или Пресвятой Троицы, или Господа Саваофа, или Господа Иисуса Христа, то в этом имени ты имеешь все существо Господа: в нем Его благость бесконечная, премудрость беспредельная, свет неприступный, всемогущество, неизменяемость. Со страхом Божиим, с верой и любовью прикасайся мыслями и сердцем к этому всезиждущему, всесодержащему, всеуправляющему имени. Вот почему строго запрещает заповедь Божия употреблять имя Божие всуе, потому то есть, что имя Его есть Он Сам – Единый Бог в трех Лицах, простое Существо, в едином слове изображающееся и заключающееся, и в то же время не заключаемое, то есть не ограничиваемое им и ничем сущим.

Великие имена: Пресвятая Троица, или Отец, Сын и Святый Дух, или Отец, Слово и Святым Дух, призванные с живой, сердечной верой и благоговением или воображенные в душе, суть Сам Бог и низводят в нашу душу Самого Бога в трех Лицах. Но из Бога и Богом и в Боге всяческая (Рим. 11, 36), – потому, если ты живой верой и добродетелью, особенно кротостью, смирением и милосердием, соединен с Богом Триипостасным, проси у Него чего хочешь, чего научит тебя просить Дух Святый, и будет тебе: или скоро, во мгновение, в один час, или через некоторое время, по усмотрению Премудрости Божией. Проси отМене, и дам ти (Пс. 2, 8) – все, чего бы ты ни попросил, меньше, без всякого сомнения, бесконечно меньше Самого Дателя, как от Него имеющее бытие. А как Сам

Податель – Само это бесконечное, простое Существо может быть некоторым образом обнято одной нашей мыслью, одним словом, то верь, что одно слово твое, одно прошение твое об исполнении чего-либо тотчас, по манию Господа, может стать вещью и делом. Речет, и будет; повелит, и создастся (Пс. 32, 9). Вспомни Моисеевы чудеса, вспомни, как этот человек Божий был богом для фараона и как мгновенно по его слову, или по движению руки, или жезла его все претворялось или появлялось новое. О, Боже великий, Боже препрославленный, Боже чудес, Боже милости, щедрот и человеколюбия неизреченного, слава Тебе всегда, ныне и присно и во веки веков! Аминь.

Когда мы говорим о Боге славы, о воле Его, законе Его, тогда нам должно совершенно забыть о собственной славе и совершенно погрузиться в созерцание славы Божией или премудрой, всеблагой воли Его; мы не должны тогда думать о своих недостатках, которые диавол вводит в сознание наше и в чувство наше для того, чтобы уронить нас в собственных наших глазах, повергнуть нас в ложный стыд, уныние и отчаяние. Надо помнить, что нет совершенства на земле ни в чем, равно как и в славе: отчасти боразумеваем и отчасти пророчествуем (проповедуем) (1 Кор. 13, 9). И кто стыдится и краснеет за свое несовершенство, тот стыдится призрака, представляющегося ему в его собственном воображении, тот горд мнимыми своими совершенствами.