Няня с характером

Дверь автобуса со скрежетом захлопнулась за спиной Кейт. Перед ней простиралось желтое марево диких прерий Техаса. Что ж, с Богом…

Кейт Эйер сделала глубокий вдох и попыталась собраться с мыслями. Следующие несколько минут могут стать началом или концом — это уж как повезет — мечты ее жизни. Девушка села на краешек тяжеленного кожаного чемодана и посмотрела на большой деревянный дом, что возвышался неподалеку. Это, наверное, и есть ранчо Рассела. Ладони ее рук покрылись потом от одной мысли о той безумной афере, которую она задумала.

Кейт встала и потащила чемодан к строению. Дом, надо заметить, был неплох, несмотря на простоту отделки. Толстые бревна были покрыты лаком, а крыша сияла на солнце свежей кровлей.

Дверь ей открыл длинноволосый здоровяк, который походил скорее на уголовника, чем на дворецкого. Кейт с опаской прошла мимо него в дом. В холле никто ее не встречал. Это слегка удивило девушку. А у нее-то создалось впечатление, что ее здесь ждут — не дождутся… Ее начало потряхивать от нехорошего предчувствия, но она подавила в себе панику. Ради своей мечты она готова встретиться хоть с самим чертом. Она все отдаст за свой проект.

Кейт достала из сумочки блокнот, чтобы убедиться, что ей действительно назначена встреча с Джоном Расселом. В блокноте лежал небрежно свернутый листок бумаги. Это был обрывок газеты с объявлением. «Ковбою срочно требуется няня на постоянной основе для ухода за новорожденным ребенком. Мать отсутствует. Обращаться на ранчо Рассела». Милое объявление, ничего не скажешь. «Мать отсутствует». Далее в объявлении были указаны требования к няне и контактный телефон. Завершала текст весьма примечательная фраза — «Оплата исключительно высокая».

Выглядит все просто чудесно, да вот только она явилась сюда не за этим. Да, да, вовсе не ради работы она пересекла половину Техаса, трясясь в пыльном автобусе. Она преодолела эти трудности ради человека, поместившего это самое рекламное объявление в газете. Бывший чемпион родео, а ныне владелец крупного ранчо. Джон Рассел — вот кто ее мишень.

Сердце Кейт затрепетало в груди, словно бабочка в ладони, когда она подумала, что скоро ей предстоит встреча с человеком, который так много значит для нее. С человеком, которого она любила последние десять лет своей жизни. С человеком, который даже не подозревает о ее существовании.

Дрожащей рукой Кейт смахнула несуществующую пылинку с лацкана костюма. Ей безумно хотелось казаться опытной деловой женщиной. Она знала, что ей понадобятся весь ее ум, все ее навыки, чтобы убедить Джона в том, что ее идея не бред сумасшедшей, а деловое предложение.

Время тянулось немилосердно долго. Джон все не появлялся, и она уже начала терять терпение. Ну где же он?!

Кейт ходила по просторному холлу, рассматривая картины в громоздких рамах и нетерпеливо вздыхая.

Неожиданно дверь распахнулась, и в холл ворвался молодой человек с совершенно затравленным выражением лица. В руках парень держал копошащийся сверток, от которого исходила яростная волна воплей. Ну вот и хозяин с младенцем, легок на помине. Сердце Кейт отчаянно заколотилось.

Широкоплечий, темноволосый мачо смотрел на нее огромными глазами цвета спелого каштана. Темно-красная ковбойка подчеркивала загар. Вытертые джинсы едва не трещали под натиском могучих ножных мышц. Конечно, его волосам не помешали бы ножницы, они были слишком длинными. Но, с другой стороны, это придавало его внешности некоторую пикантность. Он был невыносимо хорош собой.

Увидев Кейт, молодой человек замер как вкопанный.

— Вы, случайно, не Кейт Эйер? — громко спросил он, пытаясь перекричать рев младенца.

Так, значит, он не помнит ее. Прекрасно, хотя бы это идет по плану. Если бы Джон вспомнил, что когда-то они были знакомы, то он ни за что не клюнул бы на ее приманку.

— Да. — Кейт изо всех сил пыталась не выдать своей нервозности.

— В таком случае, позвольте посмотреть ваши бумаги, резюме… и что там еще полагается.

Кейт протянула ему документы, изо всех сил пытаясь заставить свои руки не дрожать.

Молодой папаша протянул ей в ответ ребенка. Пока Джон изучал бумаги, Кейт села на ближайший стул, инстинктивно прижав плачущего младенца к груди и нежно похлопывая его по спине. Малыш был просто чудесным, мягким, сухоньким, но очень беспокойным. Видимо, у него болел животик. Через минуту ребенок срыгнул, жалобно вздохнул и уткнулся носом в шею Кейт. Она прижала малыша к себе, и он успокоился окончательно.

Джон оторвался от резюме и удивленно посмотрел на младенца.

— Я беру вас на работу.

— Что?

— Вы приняты, — повторил он, кивая на ребенка, — малыш перестал плакать. Для меня это лучше всяких рекомендаций. Можете начинать прямо сейчас.

— Что, вот так, с ходу?

— Я в отчаянии. — Джон плюхнулся в кресло с высокой спинкой, обитое грубой кожей, и в прострации уставился на свои мускулистые руки.