Нянька поневоле

Французская Ривьера расплывалась в знойном мареве. Кэти лежала в шезлонге рядом с гостиничным бассейном и пыталась собраться с силами, чтобы перейти в тень.

Проводить отпуск в одиночестве оказалось вовсе не так ужасно, как она представляла. Наоборот – это прекрасная возможность «перезарядить батарейки». В последнее время работа в лондонской газете стала слишком уж нервной и суматошной.

Но вдруг рядом появился официант и сказал, что ее зовут к телефону.

– Меня? Вы уверены? – Нахмурившись, Кэти спустила с шезлонга стройные ноги, вызвав восхищенные взгляды сидевших в баре мужчин.

– Разумеется, уверен, мадемуазель Филдинг, – терпеливо произнес официант.

– Хорошо, мерси. – Откинув с лица длинные светлые волосы, она взяла у официанта радиотелефон.

– Кэти, это Майк. У меня новости, – весело прогремел ей в ухо знакомый голос, и у Кэти по спине пробежали зловещие мурашки.

Это был главный редактор ее газеты, Майк Джонсон – ворчливый и жесткий сорокапятилетний мужчина. Кэти забеспокоилась: что-то он подозрительно весел.

– Майк, я могу хоть как-то оправдать этот звонок, только если редакция сгорела дотла или же премьер-министр сбежал с монашкой, – напрямик сказала Кэти. Это несправедливо – каждый имеет право на отпуск.

– Да ладно тебе, Кэти. Бьюсь об заклад, что ты мучаешься от скуки и умираешь от желания вернуться на работу, – мгновенно отозвался редактор. – Я тебя знаю. Ты отличная журналистка, и для тебя нет ничего лучше, чем получить хорошее задание.

– Размечтался, – раздраженно буркнула Кэти.

Но Майк как ни в чем не бывало продолжал:

– У меня есть настоящая сенсация, и она прямо у тебя под носом. – За этим последовала короткая пауза.

Кэти боролась с искушением спросить, что это за сенсация. Она уже закусила губу, но слова вылетели сами:

– Так что же это?

– Пирс Тироун приехал на виллу, которая находится в нескольких шагах от твоего отеля.

– Ну и что? – нахмурилась Кэти. – Подумаешь. Он известный писатель и наверняка проводит много времени в своем французском доме.

– К нему привезли ребенка Джоди Стерлинг. Все это держится в большом секрете, и другие газеты пока не пронюхали…

– У тебя надежные источники? – прервала его Кэти.

– Вполне, – произнес Майк, поставив на этом слове многозначительное ударение. – Так вот, мне стало известно, что рано утром к Тироуну привезли малышку Поппи.

У Кэти начал появляться интерес. В последние дни о Джоди Стерлинг писали все газеты – она попала в автокатастрофу, чуть не погибла. Эта необыкновенно одаренная и очень красивая актриса постоянно была в центре внимания прессы – а особенно с того дня, как девять месяцев назад родила ребенка и отказалась назвать имя отца.

Какие только не делались предположения! Журнал «Се Ва» напечатал фотографию Джоди под руку с известным женатым политиком Джонатаном Брайарсом, и возникший скандал чуть было не испортил ему карьеру. Другим человеком, которого связывали с актрисой, был тридцатисемилетний Пирс Тироун – очень известный писатель, книги которого постоянно числятся в списках бестселлеров. Кэти видела его фотографии всего несколько раз – репортерам иногда удавалось исподтишка щелкнуть Пирса, когда он выходил из ресторана или гостиницы. Этот человек не давал интервью и не подпускал к себе журналистов: он всегда был окутан темным покровом тайны. На обложках книг Тироуна никогда не имелось информации о его жизни, не было даже фотографий, хотя Пирс и обладал сумрачной красотой греческого бога. И чем дольше он оставался загадкой, тем больше возрастал интерес к нему публики.

– Ну как, заинтересовалась? – В ее мысли вторгся грубоватый голос Майка.

– Довольно занимательно, – пробормотала Кэти. – Но не по моей части, Майк. Я люблю заниматься более серьезными вещами… А скандалы и сплетни – это по части Линды Хардмен.

– Линда в Нью-Йорке, а ты – прямо на месте, – рявкнул Майк. В его голосе не осталось и намека на прежнюю веселость. – И потом, прошлой ночью французские авиадиспетчеры устроили забастовку, так что я никого не могу туда отправить. Придется действовать тебе. Езжай туда и бери у него интервью, пока конкуренты ни о чем не пронюхали.

– Послушай, не так быстро! – отчаянно воскликнула Кэти. – Этот человек даже раздачу автографов в книжном магазине считает вмешательством в свою частную жизнь, а ты говоришь об интервью!

– Прояви смекалку, у тебя это хорошо получается. – Голос шефа не терпел возражений. – Да, и не забудь сделать снимки… Я на тебя надеюсь. – Глубоким, зловещим тоном он добавил: – От этого зависит твоя работа. – И повесил трубку.

Он поставил ей ультиматум, чего совершенно не требовалось. Но таков уж был Майк – он предпочитал решительный подход. «А мне что делать?» – думала Кэти, представляя себе, как она сидит у ворот дома Пирса Тироуна и мечтает пробраться внутрь.

Прошло меньше часа, а Кэти уже разыскивала виллу Пирса Тироуна.

Сделав крутой поворот, она увидела перед собой большие, внушительного вида ворота, охраняемые каменными львами, гордо созерцающими синеву Средиземного моря.