Нужные железки. Черный остров 1

Жизнь на торге била ключом. Кипела восторгом, обманом, радостью, ненавистью и прочими сильными чувствами. Напоминая то ли птичий базар, то ли суету морских блох на лайде, полосе отлива.

– Ну как, – спросила она ласково, когда из ушей дегустатора повалил пар, – вкусно тебе? Но без этого никак. Ру шел по «едовому» ряду, не глядя по сторонам. Что он тут не видел? Из года в год выбор не меняется. Рыба, крабы, восьминоги, едвежатина, оленина и битая птица. Разве что у зеленщиков интереснее – сезон сильно менял выбор. Но и там с разнообразием не густо: папоротник, грибы, белокопытник и прочий борщевик с вяленым прошлогодним кишмишем и морской капустой… Не сдержался на последних метрах. Обтер пальцы о штаны, сунул в обрезанную канистру, набил полный рот черемшовой кимчи. Начал жевать. Торговка с любопытством наблюдала, как рожа княжеского охвостья, гордо именуемого «инспектором по внезапным вопросам», становится все багровее и багровее, грозя сравнится цветом со свеклой.

– Советов твоих не хватало! – мгновенно взорвалась торговка, замахнулась двузубой вилкой – такой не черемшу ворошить, а кету по устьям бить. – Перцу ему, паскуднику, не хватило! Пожрал забесплатно, и в душу серанул! Ох, люди добрыя, что ж тут делается! Совсем княжьи-то вылупки охренели! Боряны! Недимона на них нет, извергов рода человеческого! Зимник-то брать пора снова!– Да знаешь, – выдохнул Ру, с трудом ворочая обожженным языком, – чего-то не хватает, при всем, так сказать, уважении. Остроты, что ли? Ты перцу не жалей в следующий раз, не жалей!

Торговку поддержали соседки, начали кричать всякое матерное и антиправительственное.

Быстрым шагом, почти бегом, Ру проскочил оставшиеся прилавки. К счастью, бабы ограничились воплями, и ничего тяжелого в спину не швырнули. Инспектор скользнул под арку. За кривым (тряхнет добротный землетрус, развалится) сооружением из древних кирпичей, давным-давно потерявших все углы – этакие обмылки рыже-красные – начиналась Промзона.Ру втянул голову в плечи, прошмыгнул мимо. Если торг взорвется народным возмущением, и инспектору отшибут голову, никто и слова не скажет. И карать не станет. А не зли податное население без нужды, глупого ухарства ради!

На Промзоне продавали железки. В широком смысле слова. Пригождающиеся, нужные и прямо таки необходимые и обязательные к обладанию.

Какой ты, к примеру, мужчина и добытчик, если у тебя нету щита с копьем или топором, или полукилометра сети? Правильно – мертвый и хреновый!

Ру миновал первые ряды, где продавали «дары моря»: разнокалиберные канистры с бутылками, пробки, буйки, ящики, кухтыли, обломки пластика на растопку и прочий хлам, которому иногда и названия не придумать – время и волны обкатывали до полной неразборчивости очертаний – прям, как арочный кирпич!Продавалось тут все. Начиная от иголок и заканчивая самопалами или факелнетами. При желании и должном навыке оперативной работы, можно бумарту сторговать. Из чудесного обрезка танкового ствола, на колесном, а то и гусеничном станке, с полным боекомплектом, рассчитанным на пару лет ожесточенного передела охотничьих угодий. А за отдельную (и немалую!) плату, к набору юного завоевателя, можно добавить команду неглухих пушкарей…

Затем инспектор оказался в оружейном ряду – будучи мальчишкой, он тут пропадал. Повзрослев, стал появляться исключительно по вопросам службы. Поскучнел маленько, растерял восторг…

Среди продавцов мелькали новые лица. Интересно, откуда явились? Вроде бы в последнюю неделю судов не приходило…

Ру подошел к прилавку одного из незнакомцев. Тот, здоровенная туша – этакий облысевший едведь, сразу насторожился – крохотные глазки уставились с плохо скрываемым раздражением. Инспектор догадывался, что со стороны выглядит не особо презентабельно. И роста немного, и ширины маловато, а уж какого цвета куртка, от старости рассыпающаяся – и вовсе не угадать. На такого глянешь – сразу ясно, что ничего не купит, зато товар грязными руками перелапает, скотина этакая! А то и чего сопрет!

Инспектор хихикнул себе под нос, заулыбался. Сам спер, сам поймал, сам наказал, сам поощрил за быструю и качественную службу. Чудесно же!

На прилавке лежало четыре самопала и длиннющий факелнет. К нему-то, Ру и присмотрелся. Самопал у инспектора имелся. И казенный, и личный. Но хотелось крупнее и мощнее – чтоб едведя насквозь одним выстрелом, даже если за деревом спрячется! Или вражину в доспехе, да за штурмовым щитом…

Факелнет был хорош! Колесцовый замок, ложа из отполированного бархата, ствол – дюймовая труба вся в накладках усиления. Одинарный заряд должна выдерживать, дай Кутх! Выстрелов на сто хватит. А то и двести, при везении и качественном порохе.