Новые странствия Салли Джонс

Text © Jakob Wegelius, 2020

Illustrations © Jacob Wegelius, 2020

Для мадам

Вы просили меня написать все, что я знаю о человеке по имени Шетланд Джек. И я это сделаю. Я расскажу Вам о его суровой жизни. И страшную правду о его жестокой смерти.

Однако история Шетланд Джека с его смертью не закончилась. Она стала частью моей собственной истории. О чем мне тоже придется написать, хотя это непросто. Многое из того, что случилось со мной в этот год, я предпочла бы забыть.

Чтобы рассказать все от начала до конца, мне понадобится недели две или три. Или даже целый месяц. Но, если хотите, можете читать по частям по мере того, как я пишу. Каждый вечер я буду оставлять новые страницы на столике красного дерева у рояля в большой гостиной.

Машинка, которую Вы мне дали, очень хороша. Я никогда не печатала на империале. У меня есть старенький ундервуд № 5, но он остался в Лиссабоне. Лежит в моем рундуке на борту «Хадсон Квин».

«Хадсон Квин» – это наш бот. Когда-то мы со Старшим купили его в Нью-Йорке, и с тех он заменил нам дом и кормил нас. На нем мы прошли почти все большие моря и океаны, а портов, где стояли на погрузке и разгрузке, не счесть.

Пять лет назад мы пришвартовались в Лиссабоне. Нам поручили забрать изразцы в городке под названием Ажиере. Ажиере стоит на реке Зезере, в двух десятках километров от Лиссабона на северо-восток страны. Работа показалась нам плевой, но обернулась большим несчастьем. В Ажиере на «Хадсон Квин» напали бандиты, и бот затонул на реке.

Мы со Старшим спаслись. Но, когда добрались до Лиссабона, Старшого арестовала полиция. Его обвинили в том, что он убил человека по имени Альфонс Морру, и приговорили к двадцати пяти годам тюрьмы.

Внезапно я стала просто ничейным бездомным животным в большом незнакомом городе. По улицам с криками носились люди, они искали меня. Они называли меня «обезьяной убийцы» и хотели расквитаться со мной.

Я потеряла Старшого. И «Хадсон Квин» тоже. Мне некуда было податься и не на что уповать. Но, когда я уже думала, что мне конец, я повстречала Ану Молину. Если бы не она, я бы погибла. Хотя все вокруг твердили, что я бешеная обезьяна убийцы, Ана спрятала и защитила меня.

Ее дом стал моим домом. А ее друг, скрипичный и гармонный мастер синьор Фидардо, стал моим другом. Он позволил мне работать у себя в мастерской и обучил своему ремеслу. Благодаря синьору Фидардо я умею неплохо чинить гармоники и, если надо, могу даже поменять гриф на гитаре.

С помощью Аны и синьора Фидардо я со временем узнала правду о гибели «Хадсон Квин» и убийстве Альфонса Морру. На это ушло три долгих года. В конце концов Старшого освободили. День, когда он вышел из тюрьмы, стал самым счастливым днем моей жизни.

Вскоре мы со Старшим вернулись в Ажиере. Нам удалось поднять «Хадсон Квин» и отбуксировать до Лиссабона. Все это время бот пролежал на дне реки и теперь был похож на старое разбитое корыто. Чтобы наскрести денег на ремонт, мы брались за любую работу, которая подворачивалась в лиссабонском порту. Но платили мало, к тому же почти все что мы зарабатывали, уходило на пропитание и другие нужды.

Мы заново оборудовали кают-компанию и начали восстанавливать рубку. Но дел еще невпроворот. Хуже всего, что из-за взрывов пострадал большой котел. Даже не представляю, где нам взять денег на новый. Поэтому иногда я сомневаюсь, сможет ли «Хадсон Квин» вновь бороздить большие моря.

Я рассказываю все это потому, что история о «Хадсон Квин» отчасти продолжает историю Шетланд Джека. Позже Вы поймете, что я имею в виду.

Сейчас и Лиссабон, и «Хадсон Квин» кажутся бесконечно далекими. В окно башни я вижу, как на востоке, над лесистыми холмами, встает солнце. Теплые лучи окрасили всю долину в огненно-рыжий цвет. А внизу, у кромки реки, из-за деревьев выплывает и снова прячется утренний туман. Только что я видела, как Старшой сел на велосипед и поехал к большой дороге. Думаю, он отправился в Лодев за новым полотном для Вашей паровой пилы. Если так, то, возможно, когда он вернется, я тоже смогу ее опробовать. Это было бы здорово.

Ведь Старшой рассказывал Вам, как мы познакомились. Видно было, что поначалу Вы с недоверием отнеслись к его словам. Но это ничего. Многие не верят, что горилла способна выучиться на судового механика.

Дело в том, что почти всю свою жизнь я прожила среди людей, на их условиях. Поэтому я уже не просто животное. Но и не человек. Кто же я? Это мне до конца не известно. Единственное, в чем я уверена, – так это в том, что я – друг моих друзей. И этого вполне достаточно.

Хоть мы с Вами, мадам, знакомы совсем недавно, я отношу Вас к числу своих друзей. И потому должна Вас предупредить. Вы попросили меня рассказать страшную историю. И печальную. Будьте готовы к тому, что узнаете такое, о чем, возможно, предпочли бы не знать никогда.