Новогодний подарок

Я почувствовал неладное, как только мы с мамой закончили наряжать ёлку. Снежок, наш белый кот, подозрительно притих и пропал из поля зрения. Я заглянул за ёлку – нет, заглянул под диван – и там нет. Странное дело, ведь обычно же кот там, где мишура и елочные игрушки, в прошлом году он вообще умудрился запрыгнуть на ель спрятаться в еловых лапах!

– Ну чего ты так всполошился, Сашка, – потрепала меня по голове мама. – Найдется твой Снежок, не провалился же он сквозь землю. А вдруг провалился, подумал я, но маме, конечно, этого не сказал.

Захожу к себе в комнату – тут всё, как обычно, вот Федька, мой плюшевый заяц, сидит в подушках, вот носок из-под кровати выглядывает, – А тебя-то я тоже искал, – натягиваю я на ногу полосатую пропажу, – заглядываю под кровать, и тут Снежка нет!

– Снежок, кис-кис-кис, – зову я кота. – Снежо-о-ок! – И тут мне приходит гениальная идея. Что Снежок любит больше всего на свете? «Докторскую»! – Мама-мама, давай колбасы отрежем Снежку, он тогда точно вылезет! – кричу я из спальни.

– Хорошо-о, – отзывается мама, и я слышу как хлопает дверца холодильника. – Ну, Снежок, попался! – я застыл на месте и затаил дыханье, притворился, то есть, будто меня тут нет. Внимательно наблюдал за каждым углом комнаты и прислушивался. Простоял так наверно целую вечность, уже даже нога зачесалась, а Снежок так и не появился. Ну ладно, думаю, хитрюга, ведь должен же он когда-нибудь вылезти! Вот он прибежит ко мне ластиться и мурчать, а я его не поглажу – будет знать, как от своих хозяев прятаться!

Засунув руки в карманы шорт, я потопал на кухню. Мама зря что ли колбасу нарезает? Не хочет Снежок, так я и сам с удовольствием съем. Налопавшись бутербродов с колбасой и маслом, мы с мамой уселись перед телевизором смотреть мой любимый новогодний фильм «Один дома», я даже уже и забыл, что Снежок пропал. Правда, когда фильм закончился, то опять вспомнил.

– Иди чисть зубы и укладывайся спать, – говорит мне мама, – А Снежок… ты знаешь, может он заболел, потому и спрятался? Кошки так иногда делают. Ты иди, приготавливайся ко сну, а я его сама поищу.

Заболел? Бедный Снежок! А я его колбасу еще съел! Эх, Снежок, что же ты не сказал сразу, ну мяукнул, то есть, я бы всё-всё понял. В задумчивости чищу зубы, вожу пальцем по запотевшему зеркалу и пишу: «Привет». Это я папе послание оставил, потому что когда он с работы вернется, я уже буду спать, наверное.

– Ну что мам, нашелся Снежок? – выскакиваю я из ванной.

– Нет, сынок, не нашелся, – растерянно отвечает мама, – Я уже и в шкафах посмотрела, и под столом, и под нашей с папой кроватью…

– КАК СКВОЗЬ ЗЕМЛЮ ПРОВАЛИЛСЯ! – хором заключили мы и вытаращили глаза друг на друга. Мама обняла меня, потрепала по волосам и прошептала в самое ухо:

– А может он пошел Деда Мороза встречать?

– Дак ведь рано еще! – воскликнул я, – Новый год только завтра!

– А ты смотри как снегу намело, – поглядела в окно мама, – Может Деду Морозу помощь понадобилась, вот он и позвал Снежка, чтоб дорогу показал. Вернется!

– А если не вернется? – засомневался я, вглядываясь в то же окно. За ним крупными хлопьями падал снег, по всей улице уже зажглись фонари, а в небе засияла огромная, как сыр, луна. – Разве же Дед Мороз не может сам дорогу найти? Он же волшебник! Дунул в ладошку – и сугробы разлетелись. Или даже растаяли… – мама в ответ только пожала плечами.

Я еще долго размышлял над этой загадкой, улегшись в кровать, и сам не заметил, как заснул. В ту ночь мне приснился Снежок, бегущий по сугробам, а за ним в больших серых валенках с красными ягодками топал Дед Мороз.

Проснулся я рано – за окном только-только стало светлеть. Перевернулся на спину и уставился в потолок. На потолке тени с улицы рисовали причудливые узоры, я прищурился, картинка расплылась и почудилось мне, словно на потолке под большим уличным фонарем сидит какой-то зверь. Пушистый, как медведь, но с ушами как у зайца. Я ему помахал, на всякий случай, ну так, больше для шутки. И тут вдруг сильно захотел по-маленькому! Выскакиваю из постели и бегу в ванную. Фу-у-х! Какое облегчение!

– Снежок! – зову шепотом кота, выходя из ванной, – Кис-кис-кис! – и снова он не отзывается. Шлепаю по коридору, разбегаюсь и плюхаюсь в кровать, – Оп!

– МЯУ! – донесся жалобный визг из-под одеяла.

– Снежок! Родненький! – хватаю я любимого кота.

– М-можно, мяу, и поаккуратней, – слышу я в ответ. Я вскочил с кровати и уставился на кота, – Снежок? Ты разговариваешь?! – такого ведь не бывает, чтобы коты разговаривали! Может это я всё еще сплю? На всякий случай ущипнул себя за локоть.