Новое платье королевы = Эскорт

Перед вами новая версия романа «эскорт». Литературный ремейк. Разумеется, у читателя возникает вопрос: а зачем это надо, переписывать книги, которые уже несколько лет продаются? Но представьте себе ситуацию. В крупное издательство приходит начинающий автор, приносит свою первую рукопись. Даже если роман неплох, ему все равно говорят: требуется серьезная доработка. И за дело берется редактор. В итоге, когда роман выходит, автор открывает его, читает, и приходит в смятение. Вроде бы я, а вроде бы и не я. Сюжет похож, герои до боли знакомы, место и время действия тоже. Но ведь я совсем не это хотел сказать! И меня там так мало. Но дело сделано, роман вышел в печать, его читают, у него есть поклонники. Проходят годы…

Контракт заканчивается, автор к этому времени стал известен, его книги покупают, к его мнению прислушиваются. И первые романы готовятся к переизданию. И тут автор понимает, что в таком виде это выйти не может. Его ведь там так мало, что ставить на обложке всем известное имя — это обмануть ожидания читателя. А ведь романы для автора все равно что дети. Одинаково дороги. И, чтобы продлить жизнь своему первенцу, он переливает в него свежую кровь. Прежде чем поставить на обложке свое имя, отсекает все чужеродное. «Приемные родители» остаются в прошлом, теперь это только его дитя, и ничье больше. Вот так появляется ремейк.

Скажу сразу: я не собираюсь перерабатывать все свои ранние романы. Есть тексты, к которым не вернусь никогда. Что сделано, то сделано. Там, где меня много, все равно ничего не прибавится. Но если в душе осталось чувство глубокого неудовлетворения своей работой, то я открываю рукопись и начинаю ее перечитывать. А потом делать поправки. И в конце концов появляется вариант, который меня целиком и полностью устраивает. Надеюсь, что и вы не обманетесь в своих ожиданиях. Даже если этот роман уже читали.

Народу на перроне было мало, высокая шатенка в старом полушубке постоянно оглядывалась и не выпускала из рук чемодан. Поезд опаздывал, как, впрочем, и всегда. Девушка косилась на группку крикливых женщин с огромными клетчатыми сумками в руках, прикидывая, кто же из них окажется ее соседкой по купе. Сумки были пусты, женщины ехали в Москву, на Черкизовский рынок, за товаром. Всех их в городке хорошо знали, на рынок-то хоть раз в неделю ходит каждый. Для женщин с огромными сумками поездка в Москву была делом привычным. Шатенка же боялась и предстоящей дороги, и шумных попутчиц, и туманного будущего, в котором не было ей обещано ни жилья, ни денег, ни работы. Но еще больше боялась, что скоро настанет весна, вместе с ней придет ожидание праздника и опять обманет. А потом наступит долгожданное лето и пролетит в одно мгновение. И снова осень, дождь, слякоть, тоска, и наконец опять — долгая, холодная зима. И — ничего. Год прошел, как сон пустой.

Девушка невольно содрогнулась. Что хуже? Неизвестность или расписанная на много лет вперед унылая, скучная жизнь? Гудок тепловоза. Наконец-то поезд! Ее никто не хватился. Все на работе, она оставила на столе записку. Чтоб не искали. Деньги в доме были, хватило на билет до Москвы. Она рассчитывала, что хватит и на первое время. На скромное жилье и простую еду, пока не найдет работу. Но как же страшно, боже ты мой! Как же страшно… Ехать в никуда.

Войдя в тамбур, она еще раз оглянулась: а может, вернуться? Никто ничего не узнает. Сдать билет, порвать записку. Поддавшись порыву, девушка шагнула было назад — но уже напирали женщины с сумками, проталкивая ее в вагон. Поезд не задержался на маленькой станции. Минута — и перрон поплыл назад; выйти шатенка не успела. Она испуганно огляделась. Вагон чистенький, хотя и старый. Безликие двери купе. Какое же из них ее?

— Девушка, одеяло брать будете?

— А что, у вас холодно? — испуганно спросила она. Вдруг захотелось домой. Пусть однообразно, скучно. Зато тепло.

— Я вообще-то топлю, — буркнула проводница и посмотрела на девушку с неприязнью. На студентку не похожа, студенты еще не возвращаются с каникул обратно в Москву. Чего этой-то там делать? Болтаться по вокзалам в поисках хоть какого-нибудь заработка? Хотя одета прилично, лицо не накрашено. Проводница сжалилась:

— Ну, чего стоишь? В купе заходи. Билет-то есть у тебя?

— Да, конечно. — Девушка поспешно полезла в сумочку искать билет.

Проводница внимательно осмотрела проездной документ и кивнула: проходи. Буркнула: второе купе. Девушка нерешительно дернула за ручку. То ли заело, то ли заперто.

— Не заперто, войдите! Дергайте сильней, — раздалось из-за двери.

Шатенка сильнее потянула за ручку и, справившись наконец с дверью, вошла в купе. Где увидела два таких же испуганных глаза и светлую челку над ними.