Новое откровение о советской экономике или как можно погубить рабоче-крестьянский блок

Н.И. Бухарин

НОВОЕ ОТКРОВЕНИЕ О СОВЕТСКОЙ ЭКОНОМИКЕ ИЛИ КАК МОЖНО ПОГУБИТЬ

РАБОЧЕ-КРЕСТЬЯНСКИЙ БЛОК

К вопросу об экономическом обосновании троцкизма Очень часто бывает, что какой-нибудь исторический поворот вызывает идейные споры, которые прорываются сперва по совершенно "случайному" поводу, развиваются по "случайным" направлениям и на первый взгляд представляют из себя нечто совершенно непонятное. Лишь через некоторое время откристаллизовываются определенные идеологические узоры, и последующий анализ без особого труда открывает совершенно определенные классовые или групповые общественные течения, имеющие совершенно определенное социальное значение и играющие совершенно определенную социальную роль.

Мы сейчас подошли вновь к некоторому поворотному пункту в развитии нашей революции. Конец блокады, ряд признаний; в то же время заминка в развитии международной революции. Начало довольно быстрого хозяйственного подъема, и в то же время новое соотношение между рабочим классом и крестьянством. Словом -- новая обстановка. Естественно, что в партии должна была получиться какая-то реакция на эту новую обстановку, и также естественно, что не сразу мы доходим до своего, так сказать, "самосознания".

Тов. Троцкий выступил с "Уроками Октября". Казалось бы, спор чисто литературный.

Но этот литературный спор вырос в целую партийно-политическую кампанию. Было бы странным видеть здесь спор "лиц". Разве "лица" могли бы вдохнуть такую страстность в обсуждение, в дискуссию? Очевидно, что были и есть какие-то объективные моменты, которые способствовали спору, лежали в его основе и которые показались в первый момент на поверхность в виде "литературной" полемики.

Так было. А теперь уже довольно ясно видно, что подняты глубочайшей важности принципиальные вопросы, которые являются решающими для всей нашей партии. Эти вопросы "сомкнулись" с объективным положением в стране. Они "соответствуют"

этому положению, они вырастают отсюда. Вот почему вся партия сейчас мучительно разбирает такие, казалось бы, "непрактические" проблемы, как вопрос о "перманентной революции". Новая обстановка вызывает потребность в продуманной ориентации. А так как новая обстановка складывается по основным линиям развития (внешний мир, хозяйство, классы в стране), то немудрено, что партия поднимает некоторые общие вопросы: это и есть выражение генерального продумывания и обдумывания нашего пути.

Это обстоятельство находит свое выражение в том, что отдельные проблемы и отдельные разногласия увязываются сейчас в основные, "теоретические" узлы, в целые системы мыслей, в более или менее стройные "теории". То, что в прошлую дискуссию было разбросано по клочкам: денежная реформа и вопрос о поколениях в партии, вопрос о ценах и об "аппаратчиках", вопрос о "ножницах" и "внутрипартийной демократии", вопрос о "плане" и о "товарной интервенции",-- все это теперь сводится к некоторым основным линиям, упирается в такие общие проблемы, как теория "перманентной революции", оценка движущих сил нашей революции, общая оценка ее перспектив и т. д. А осью, около которой вертятся все эти сами по себе крупнейшие вопросы, является проблема рабоче-крестьянского блока.

Учение о рабоче-крестьянском блоке есть существеннейшая оригинальная черта ленинизма. Совершенно напрасна всякая попытка увернуться от ответа на вопрос о том, верно или неверно учение Ленина, верна или неверна линия большевистской партии. Тут нужно выбирать. Вот почему партия реагировала так бурно на работу тов. Троцкого: она увидела здесь--и совершенно справедливо увидела -- попытку пересмотреть основы ленинского учения.

Эти попытки делались и раньше. Но они проходили незамеченными: время было военное, и все задачи стояли как задачи непосредственного боевого действия.

Гораздо сложнее стали они теперь, именно теперь. И понятно, что, когда, под предлогом извлечения "уроков Октября", партии стремятся дать изрядную дозу антиленинских порошков, она, партия, резко протестует.

У нас пока известное затишье в революционном движении. По Ленину, эта вещь не смертельная; мы медленной дорогой пойдем себе помаленечку вперед, таща за собой крестьянскую колымагу. Ленин ведь не рассуждал по схеме: пролетарская революция, когда много промышленности, гибель пролетарской революции, когда страна мелкобуржуазна. Не раз он подчеркивал всю оригинальность нашей революции, особое сочетание исторических условий, которые дали нам победу (см., напр., его заметки по поводу книжек Н. Суханова). А тов. Троцкий? А тов. Троцкий видел одну гибель, если скоро не придет мировая революция. Почему?

Потому, что была основная разница, разница в оценке движущих сил.