Новое место жительства

   Это в корне неверно, что в нашем обществе никто не занимается детьми и всем на них наплевать. Очень даже занимаются и очень даже не наплевать.

   Конечно, речь идёт не о школе (дурдом во всех отношениях), не об общественных там организациях (я не видел ни одной) и уж тем более не о родителях (им либо просто нет до детей дела, либо нет до детей дела, потому что они зарабатываю деньги для лучшей жизни своих детей — у меня второй вариант). Но тех, кто занимается детьми, у нас хватает. Поверьте опыту.

   Я прожил на свете четырнадцать лет с хвостиком. За это время мне щедро предлагали наркоту три раза (ты чо, это таааАААкой кайф, и безопасно совсем, на меня погляди!), с масляными глазками зазывали попробоваться на роль фотомодели — два раза (мальчик, хочешь заработать денег?), сурово тащили в секту — два раза (простите пожалуйста, молодой человек, не хотите ли побеседовать о боге?), вульгарно приставали — один раз (блюээээ). Предложений сигарет и выпивки — не считал, ибо лень. Один раз грабили, дважды — пытались ограбить. После второй попытки ограбления я попал за нанесение побоев в милицию, где на меня сначала стали слюняво орать, что посадят прямо сейчас и на пицоттыщщлет, если не признаюсь в убийстве Кеннеди, Кадырова–старшего и Бута, а потом начали вымажживать деньги с приехавшей матери. Так что не надо очернять. Заботников о детских судьбах и детском досуге вокруг полно.

   Именно по этим причинам я где‑то лет с девяти, осознав, что я многим вокруг интересен и мне этот интерес не нравится категорически, стал заботиться о себе сам. Это, товарищи, я вам скажу, единственный правильный способ существования. При этом надо не пиво пить, закуривая его дешёвой моршанской махоркой, расфасованной в красивые сигареты и чувственно переживая при этом свою крутЪ. И не за компьютером стул и заднее место просиживать, взяв себе ник «Мачо» и расписывая, как ты могуч, на фоне чужой фотографии. И даже не матерные рингтоны на мобильник скачивать. Хотя многие именно это понимают, как заботу о себе. Ошибка. Big mistake. Это забота о своих удовольствиях. И она часто плохо кончается. Вернее — всегда плохо кончается. Тем или иным боком. Правильно говорят об этом взрослые, зря мы кривимся. Другое дело, что взрослые только говорят, а делать ничего не делают… или делают только хуже.

   Поэтому я потихоньку стал заниматься боксом, самбо, стрельбой из пистолета, конным спортом и полётами на параплане. Никакой ерунды типа всякого там тенниса и фитнеса! Ещё и играл на гитаре — три аккорда, не больше. Для самоуважения, так сказать. Оказывается, для всего этого вполне можно найти время, если относиться к этому не как к обязанности и не тратить его — время — на тупые развлечения. Ещё нужно побольше читать книжки (можно не бумажные, а с читалки) и поменьше играть в компьютер. Не верите? Не удивлён, но дело ваше. Кроме того, кстати, вы рискуете заработать репутацию чокнутого, но задевать вас физически скоро начнут просто–напросто бояться, а морально — морально меня может хоть как‑то задеть лишь мнение человека, которого я уважаю. В комплексе, а не за что‑то отдельное.

   До тринадцати лет дожил, вешу пятьдесят семь килограммов, имею рост метр семьдесят пять, а такого среди своих сверстников не встретил. Увы. Среди взрослых нашлась парочка, тренеры, но как раз у них ко мне особых претензий нету.

   Хорошо быть самодостаточным. Меня моя самодостаточность так восхищала, что я даже Ницше[1] пробовал начать читать. Не осилил почти ничего, но всем говорил зато, что читал Ницше. Из моих ровесников о нём никто ничего не знал, из взрослых не знал ничего почти никто, отчего сознание своей возвышенности у меня только усиливалось. Могут у меня быть свои маленькие слабости, в конце концов?..