Новая жизнь – новая я!

Когда человек становится красивым и успешным, окружение и поклонников всегда интересует его прошлое, особенно если тогда он был некрасивым, толстым и закомплексованным. В моем случае это так.

Я родилась и выросла в маленьком городке – Горловке Донецкой области. Там дай бог если наберется 100 000 населения. Город действительно маленький. Градообразующие предприятия – ртутный завод и угольные шахты, весь заработок крутится вокруг них. Контингент понятен: шахтеры. Район, в котором я родилась, был специально построен для сотрудников ртутного завода. Жильцы все въехали в одно время. Каждая собака друг друга знает. На одном конце города пукнуть не успеешь, как на другом уже скажут, что ты обделался по самые уши. Все как на ладони, невозможно спрятаться. Учителя в школе сначала учили моих родителей, а потом меня. И, наверное, если бы я оттуда не уехала, то и моих детей учили бы тоже.

Я понимала, что есть другая жизнь, но меня вполне устраивала моя, по крайней мере пока дедушка был жив. Хотя не все было гладко. Папа пил и бил маму. Соседи вызывали милицию… Потом, после 15 суток в отделении или вытрезвителе, он выходил из запоя, отвозил меня в зоопарк, а маме дарил цветы. Пару недель у нас была идиллия, потом он опять начинал пить. К нему снова приходила «белочка», и он снова бил маму. Думаю, что так живет очень много семей. Женщины терпят унижения и побои только ради того, чтобы у ребенка был отец (или еще по каким-то совершенно фантастическим причинам). Совсем не думают о том, что ребенку лучше не видеть этого кошмара. Своего рода эгоизм и странная жертвенность, никому по сути не нужная.

В какой-то момент дедушка с бабушкой не выдержали этого и отправили маму в Киев к родственникам, на время. А я жила с дедушкой и бабушкой. Мы ездили к маме в гости, она приезжала к нам. Маму видела редко, наверное, от этого еще сильнее была к ней привязана. Просила бабушку не стирать одежду, в которой мама ходила по дому, чтобы сохранить ее запах. Спала в обнимку с этой вещью.

Пока дедуля жив был, мы не бедствовали. Он работал на мясокомбинате. Те, кто жил в конце восьмидесятых, знают, что такое, когда родственник работает на мясокомбинате. Отказа не было ни в чем. Наша семья по тем временам считалась состоятельной.

У нас была дача, которую бабушка с дедушкой построили своими руками. В те времена сотрудникам госпредприятий давали земельные наделы размером шесть соток. Дедуля с бабулей умудрились на этих шести сотках построить отличный кирпичный домик с большой верандой и тремя комнатами, и еще место для прекрасного сада-огорода осталось. Чего там только не было! У нас на участке даже грецкий орех есть. Сейчас это высоченное дерево с толстым стволом. Мы с братом любили по нему лазать, а еще любили сидеть на черешне и обстреливать вымышленных врагов косточками.

Когда созревала клубника, ели ее прямо с грядки, немытую и не всегда спелую. Чуть бочок розовый, значит, можно есть! Бабуля ругалась, конечно, но мы не обращали внимания. Вкусно же очень. Вокруг домика у нас был виноградник. Несколько сортов, в том числе и винный. Если я не ошибаюсь, «Изабелла». Вино из него бабушка делала просто божественное!!!

Просыпаюсь утром: солнце пробивается сквозь виноградные листья в окна, и зайчики по всей комнате, но не золотистые, а ярко-зеленые. Открываю окно, и в комнату врывается невероятный запах свежести и мокрых виноградных листьев. Потом аромат цветущего сада или роз, которые бабуля выращивала. А я надышаться не могу, так мне вкусно… Аж до головокружения.

Кто-нибудь знает, как пахнут кусты помидоров после дождя или в росе? Этот запах у меня прочно ассоциируется с детством. Вообще летом на даче нереально круто. Наше садоводство было удачно расположено, недалеко от города и в то же время в весьма живописном месте. В километре от него смешанный лес, мы с дедулей и бабулей ходили по грибы и «коровяк». Вот этим волшебным «коровяком» бабуля удобряла грядки. Никакой химии, все натуральное. От тли и колорадских жуков использовали настой из чесночных стрелок. Невероятно вонючая субстанция… Я от этого запаха спасалась бегством на озеро. Озер в округе было несколько, но я любила самое холодное и глубокое. Могла с утра до позднего вечера плескаться. Вот сейчас пишу – и картинки такие яркие перед глазами. И вкус воды ключевой во рту, аж зубы ломит от холода, и запах чабреца…

Я была сорванцом. Постоянно разбивала колени, все руки в ссадинах. До сих пор, кстати, постоянно ноги и руки в синяках. Любовь к активному отдыху пришла из детства. Как и привычка вкусно поесть.