Новая прекрасная жизнь

– Дэйв! Как поживаешь, мой мальчик?

В голосе отца звучало только радостное возбуждение, но Дэвид все равно напрягся. Гейбрил Мэттьюс, единоличный владелец сети отелей «Мэттьюс куинз» во Флориде, не стал бы звонить сюда, в маленькую плотницкую мастерскую в этой Богом забытой глуши, если бы не произошло что-то действительно важное. Оставалось надеяться, что речь идет исключительно о приятных переменах.

– Все в порядке, отец, – осторожно ответил он. – А у тебя как дела?

– О, все просто замечательно! – отозвался тот с живостью, которая показалась Дэвиду чуточку наигранной, заставив еще больше забеспокоиться. – Погода просто великолепная, и отели ломятся от туристов. Если так пойдет дальше, мы полностью возместим все убытки от прошлогоднего урагана и еще останемся с солидной прибылью.

– Рад это слышать, – заметил Дэвид.

– Вижу, ты все еще торчишь в этой мастерской. Тебе не надоело?

Дэвид пожал плечами. Еще ни одно из его многочисленных увлечений не успело ему надоесть. Он не любил рутины. Валил ли он лес в Канаде или работал в археологической экспедиции на Юкатане, всегда и повсюду его не оставляла мысль о том, что еще предстоит сделать. Составленный еще в колледже список «Дел-Которые-Я-Должен-Сделать-Прежде-Чем-Умру» насчитывал семьдесят восемь пунктов, из которых не было пока вычеркнуто даже половины.

– Я договорился о месте лесничего в заповеднике Эверглейд, – сказал Дэвид. – Но оно освободится только через полгода, так что пока я не у дел.

– Собираешься заскочить домой перед новым рывком?

– Может быть.

Вообще-то торчать в родном городе не входило в планы Дэвида, но странное поведение отца заставило его всерьез задуматься о такой необходимости.

– Тебя давно не было, – заметил мистер Мэттьюс. – Посмотришь на мой новый «Харлей». Зверь, а не машина.

– Ты купил мотоцикл? – Теперь Дэвид был удивлен уже не на шутку.

– Считаешь, что я слишком стар для этого? – В голосе отца явственно прозвучала нотка обиды. – Да я еще дам сто очков вперед любому сопливому молокососу от мыса Канаверал до Мексиканского залива!

– У меня и в мыслях не было сомневаться в этом, – весело заверил отца Дэвид. – Пожалуй, я действительно заеду домой в ближайшую неделю-другую.

– Это будет очень кстати, – обрадовался тот. – Тогда мне не нужно будет посылать тебе твои вещи по почте.

– Какие вещи?

– Ну, знаешь, все это барахло, которое пылится в кладовке с тех пор, как ты окончил школу. Я собираюсь выставить наш дом на продажу, так что придется избавиться от всего лишнего.

– Ты продаешь наш дом?! – Реальность все больше напоминала Дэвиду затянувшийся сон. – Но его построил еще прадедушка!

– Именно поэтому. Сколько можно торчать на одном месте! К тому же, Диди говорит, что колониальный стиль морально устарел.

– Что еще за Диди?

– Диди?.. О, она чудесная девушка, Дэйв. Уверен, вы с ней поладите. Мы познакомились в прошлом году в Вегасе, когда она выступала там в шоу...

– Могу себе представить, – хмыкнул Дэвид.

– ... а потом приехала сюда, в Тампу, и так вышло, что она остановилась в нашем отеле...

– Совершенно случайно, разумеется.

– ... В общем, мы собираемся пожениться в самом скором времени, – закончил мистер Мэттьюс.

Дэвиду показалось, что он ослышался.

– Пожениться?

Доносящиеся из трубки звуки больше всего походили на сдавленное хихиканье.

– Пожениться? – повторил он, пытаясь осмыслить этот не поддающийся осмыслению факт. Отцу уже за шестьдесят, и он не заговаривал о новой женитьбе ни разу со дня смерти матери Дэвида, а с тех пор прошло двенадцать лет! – Пожениться?..

– Что ты заладил как попугай? – взорвался вдруг мистер Мэттьюс. – Естественно, я на ней женюсь. Что еще, по-твоему, может сделать честный человек?

Не валять дурака, подумал Дэвид, но вслух, разумеется, ничего подобного сказать не решился.

– Когда? – только и спросил он.

– Через пару месяцев, я думаю, – неожиданно безмятежно отозвался отец. – Крошке Диди хочется сначала закончить турне по Штатам. Я к тому времени тоже как раз успею завершить свои дела.

Завершить свои дела. Час от часу не легче!

Дэвид поспешил распрощаться и повесить трубку, опасаясь, что его рассудок не выдержит еще какой-нибудь ошеломляющей новости.

Итак, у него около двух месяцев на то, чтобы разобраться во всей этой чертовщине и, возможно, отговорить отца от опрометчивого шага.

Не так много, как может показаться.

На первый взгляд девушка не выглядела красивой. Разве что длинные, золотистые, с легкой рыжиной волосы могли бы вызвать мужское восхищение, если бы безжалостная рука хозяйки не стянула их в строгий узел на затылке. Узковатое личико без малейших следов косметики казалось невыразительным и бледным. Глаза красивой миндалевидной формы прятались за стеклами очков в металлической оправе, не позволяющих разглядеть их цвет, – не то серые, не то зеленые. Нет, Кэрол Тернер определенно не была красавицей. И все же было в ней что-то, что заставляло Дэвида вот уже десять минут пристально разглядывать ее сквозь стеклянную перегородку, отделяющую холл от приемной.