Ночь

Сережа сидел в комнате и смотрел телевизор. Телевизор менял свой цвет в зависимости от настроения, и оттенки всех цветов радуги, попеременно заполняющие собой весь экран, приковывали к себе внимание мальчика.

В помещении было душно. Седой партизан на плакате грозил пальцем икебане, украшавшей комнату. Часы на стене ходили в обратном направлении, поэтому не было смысла на них смотреть. Сережа открыл форточку и тотчас отпрянул: из щели в окне на пол вывалился солидных размеров кусок ночи и растекся по полу. Телевизор загорелся багряно-алым, что выражало полное недоумение. Мальчик хотел достать из кармана фонарь, чтобы лучше рассмотреть гостя, но тут же убрал обратно, чтоб не навредить ненароком.

— Не зажигай света. Хотя, впрочем, я на самом деле больше, чем кажусь на первый взгляд… — философски заметил кусок ночи.

Сережа извинился.

— Ничего… Я сейчас же уйду обратно.

— Не торопись…

Мальчик подошел к окну и устремил свой взгляд на дорогу, уходящую вдаль от дома с двумя рядами припаркованных по обочинам голубых «Жигулей». Машины доходили до горизонта… Сережа знал, что наутро, когда водители проснутся, они отвезут его дом на буксире куда-то очень далеко. Так далеко, что и думать об этом не хотелось.

— Чаю хочешь? — спросил кусок ночи.

— А ты? — откликнулся Сережа.

— Я первый спросил.

— Ты, наверное, знаешь… Уже несколько лет я жду, когда его, наконец, увезут… Вот и не могу заснуть — пью чай у включенного телевизора.

— Я могу тебе помочь. Поставь чай.

Сережа повиновался. Телевизор подмигнул ему кратковременной вспышкой бирюзового, означающего надежду, и снова принял непонимающую ярко-красную окраску.

— Это очень старый телевизор. Иногда он сердится, но, в общем-то, он добрый малый, — представил своего единственного друга Сережа.

— Он хорош собой… — совсем по-светски заметил кусок ночи, попивая чай.

Время двигалось вперед, иногда опаздывая минут на пять, но сразу же наверстывая упущенное. Телевизор, наконец, освоился и даже решил немного пошутить, подсветив подобием лунного света икебану, отчего комната сразу же стала уютней. Сережа прилег на диван.

— Тише, он уже почти спит, — прошептал кусок ночи и начал было протискиваться обратно в щель в окне, как вдруг понял, что за время пребывания в гостях от радости непроизвольно увеличился в размерах и пролезть обратно не в силах.

Телевизор зажегся оранжевым.

— Да, пожалуй, помощь нужна, — ответил кусок ночи и подтек поближе к телевизору, который неожиданно зажегся ярко-белым, отчего кусок ночи вдруг похудел и съежился.

— Мерси! — весело прошептал он и втек в щель окна.

Наступало утро. Просыпались шоферы. До перевозки дома оставалось минут сорок, но тут время снова пошло в обратную сторону, и рассвет пришлось отложить…