Нищенка в элитной академии (СИ)

Элис

– Да как ты только посмела?! – задыхалась от возмущения моя двоюродная сестра, обмахиваясь веером. – Мама! Ты слышала это?! Элис опозорила нас!

– Слышала, дочь, – разгневанно кивнула женщина, хищно приближаясь.

Я со всей уверенностью могла сказать, что подходит она явно не для того, чтобы обнять.

– Решила ослушаться?! – вновь взвизгнула пышнотелая Жюстина, злобно откидывая жиденькую косу себе за спину. – Неужто думаешь, что матушка позволит тебе это? А, сестрица?!

В девичьем голосе было столько омерзения и брезгливости, что даже мне стало противно. Ее бесила одна только мысль, что я прихожусь ей родственницей. Жюси ненавидела меня, частенько унижала и насмехалась, затрагивая болезненную тему о моих родителях, которые погибли. Эта девушка ликовала, довольно наблюдая, какую боль причиняет мне. Спустя какое-то время проживания в столь "чудесном" доме я научилась держать эмоции при себе, а заодно и поняла, что в поместье Гротьен не стоит открывать рот, чревато последствиями. Например, такими, как алеющий след от пощечины.

Вот и сейчас я смиренно молчала, мечтая, чтобы полгода, окончание которых ждала с нетерпением, отсчитывая каждый день, прошли как можно скорее. Ведь тогда наступит мое совершеннолетие по меркам нашего государства, и я смогу избавиться от опекуна и жить самостоятельно, без семейства Мен Роут.

– Зачем ты это сделала? – угрожающе спросила двоюродная тетушка, воспитывающая меня с двенадцати лет.

На самом деле ее "воспитание" ограничивалось лишь постоянными наказаниями и оскорблениями. Это при гостях, которые все реже стали появляться в поместье Гротьен, она хвалила меня и смотрела так, словно я ее родное дитя. Что дамы, что господа, наблюдающие за этим столь умелым спектаклем, охали и ахали, нахваливая мою тетку, которая позже, когда визитеры разъезжались, заставляла вычищать весь срач, оставшийся после якобы званого ужина.

– Хочу учиться в академии, – ответила я, не проявляя ни единой эмоции.

Для меня не осталось незамеченным, что баронессу потряхивало от ярости, ведь я ослушалась ее.

– Бессовестная нахалка! Вы только посмотрите на нее! – рычала Дэлия Мен Роут. – Ты опорочила нашу семью, бестолковая! Я сжалилась над тобой, приютила как родную дочь, а ты вот, значит, как проявляешь свою благодарность?!

Я молчала, стараясь не злить разбушевавшуюся женщину еще больше. Понимала, что поступила некрасиво, но иначе не могла. Мне хотелось получить образование, ведь кроме себя больше не на кого было рассчитывать. Я пыталась поговорить с тетушкой об этом, но она даже слушать не стала, раздраженно отмахиваясь и заявляя, что все средства, которые остались после смерти моих родителей, уже закончились. И что теперь я живу за ее счет. Если кормить и одевать меня она еще согласна, то платить за академию – точно нет.

Ее пышнотелая дочка Жюстина по весне закончила первый курс, хвастаясь своими какими-никакими оценками. Вот тогда-то то я и подошла к тетке с желанием поступить в академию, но получила отказ в грубой форме. Хотя, если уж быть честной, я и не ожидала от нее чего-то другого. Именно поэтому в тайне от своих "родственников" пахала все лето как проклятая, вставая с рассветом, пока они нежились до обеда на пуховых перинах. Развозила на велосипеде парное молоко и газеты, перебирала овощи на рынке и ухаживала за кустарниками в доме пожилой графини, благо, что мой дар природницы с легкостью позволял это.

Было сложно хранить все в секрете, ведь я боялась, что тетя узнает раньше времени о моей подработке и накажет, запирая в доме или вовсе забирая заработанное, но удача оказалась на моей стороне.

И вот сейчас, когда до начала нового учебного года оставалось всего два дня, я решила "обрадовать" семейство, зная, что положительных эмоций от них ждать не стоит.

– Позор-то какой! – подвывала Жюстина, промакивая белоснежным платком свои два подбородка. – Ко мне теперь ни один парень не подойдет, зная, что эта нищенка считается мне родственницей!

«Будто они раньше к тебе подходили! – подумалось мне. – И вообще… пусть я нищая. Пусть по словам твоей матери у моих родителей было много долгов, поэтому после них мало что осталось, но все же я, в отличие от тебя, гораздо человечнее!»

– Все будут смеяться надо мной! – охала сестрица. – Ты специально выбрала мою академию, да?! – противно взвизгнула она.

«Что поделать, если она единственная, где есть огромных размеров оранжерея и факультет магов природы, уж прости, – хмыкнула, сохраняя молчание. – Разве я виновата, что родилась не стихийницей? Не такой, как большинство живущих в этом мире?»

– Вот начерта ты приняла ее в нашу семью?! – хваталась за сердце Жюси.

На протяжении нескольких лет меня тоже интересовал этот вопрос. Зачем они так поступили? Уж лучше бы в приют определили. Не думаю, что там было бы хуже.

– Выбирай выражения, дочь! – возмутилась тетушка. – Все таки ты леди! А леди должна быть не только красивой, но и воспитанной! Никогда не забывай об этом!