Никто не виноват

Боль я выдержу, меня доконает надежда

Н.Хорнби

На крыше дома стоял человек с телефоном в руке и вел свой последний разговор. Еще недавно, этот тщедушный и простоватый с виду мужичок наводил животный страх на свое окружение, блаженствуя на вершине финансового Олимпа. Он и сейчас, на пороге смерти — вот насмешка судьбы — был на высоте: под его ногами уходила вниз сорокаметровая бетонная бездна.

— Я не прошу от тебя многого, просто убей эту тварь.

— Девчонку??? — Телефон заскрежетал лающим смехом абонента, — как её фамилия?

— Кайсарова и она не человек, она дьявольское отродье, и ей кто- то помог…

— …свалить тебя, так может грохнуть того, кто за ней стоит?

— Чтобы его вычислить, нужны деньги и связи. Теперь у меня ни того, ни другого нет. Только ты.

— Не уверен, что буду помогать тебе. Ты обидел сироток, это не по- мусульмански.

— Я…ведь…

— Да- да, я помню. За мной должок. Я все сделаю. Есть у меня на подхвате два брата- акробата, отморозки полные, как раз для такого дела.

— Вместе с ней должен сдохнуть и ее жених, г- н Сабитов. Хочу, чтобы их взорвали, чтобы их по кускам собирали.

Договорил, набрал воздуха полную грудь, медленно выдохнул и сделал шаг.

На террасе, утопающей в цветах, за столиками из бамбука, в плетеных креслах сидели трое молодых людей, вели неспешную поначалу беседу, по мере обсуждения повышая градус ее накала. Неудивительно, ведь тема была довольно животрепещущей.

— Педофилов развелось как собак нерезаных. Новости, уже, смотреть противно.

— Да, не говори, над детьми издеваются, а мы сидим и смотрим на это.

— Ну, а что можно сделать? — Невесело бросила, доселе молчавшая, первую реплику самая юная среди присутствующих и, собственно, хозяйка дома.

— Ляк, да много чего можно. Интернет это сила! — Глядя на нее, припечатал Константин.

— Вот! Наконец- то мы подошли к самому главному. Ты прав, Константин. Наказать можно и информацией. Вот наше оружие. Пока о них никто не знает, они спокойно ходят среди нас. А надо, чтобы в них пальцами тыкали, как в прокаженных. Клеймо на них должно быть!

— И как это сделаем?

— Сайт. Создадим сайт. В нем разместим какие- нибудь научные статьи по теме. А самое главное, новости нашего города, любые подозрения на присутствие педофилов рядом и комментарии читателей. Надо будет, фотографии выставим.

— Э- э, Дина, тормози, так мы таких дел наворотим, таких дров наломаем. Доказательства нужны.

— В том- то и дело, Константин. Здесь лучше перебдеть. Пусть попадутся невиновные, а нечего околачиваться около детей. Пусть соседи, знакомые, кто видят в какой- либо семье непорядок, заподозрят неладное, сразу пишут нам. В полиции связи есть, возьмем список отсидевших, пусть знают, шо весь город следит за ними.

— Ну, ладно, согласен. Как назовем?

— Я уже думала над этим. СМЕРП.

— Смерп? Что это?

— По аналогии с советским СМЕРШем. Только там смерть шпионам, а у нас смерть педофилам. СМЕРП! Ляка, ты что, плачешь?

— Нет, Диночка, это я так. Я спросить хотела.

— Говори.

— А если, например, человек знает, что его сосед — педофил. Сообщит на сайт и что вы с ним сделаете?

— Во- первых, я уже сказала, огласка, она уже навредит ему. Во- вторых, сделаем все, шобы довести дело до суда. В тюрьму эту тварь.

— Причем, на пожизненное, — подхватил Константин, — и проследить потом, сидит он там или уже на песочке океаном любуется. Коррупция, ё- моё, уйдет, когда деньги исчезнут.

— А дело не в деньгах, а в жадности.

— А если и это не поможет?

Дина и Константин переглянулись.

— Тогда- а, — начал было Константин.

— Тогда я его обезврежу!

— Как это? — Хором воскликнули друзья- единомышленники.

— Так это. Прицелюсь и отсеку лишнее! Шобы нечем смердеть было.

Лаура с восхищением уставилась на подругу, а Константин уважительно хмыкнул.

— Ты могёшь!

— Не могёшь, а могем, — рассмеялась Дина.

— Только ты успокойся, Дин, — сказал Константин, а Лаура, дотянувшись до руки подруги, ласково погладила ее.

— А шо такое?

— Шо, шо, — передразнил ее Константин, — шокать начала, говорю. Не нервничай! Сменим тему, ответь- ка мне, Ляка, чего это имя у тебя не совсем казахское, а я бы сказал, древнегреческое, а?

— Папа так назвал, мама была против.

— А, — махнула рукой Дина, — современные казахи изощряются как могут.

— Дамы, пока суд да дело, приглашаю вас в этот уик- энд окунуться в чистые, хлорированные воды аквапарка.

— Ты забыл, одной из присутствующих дам категорически не рекомендуется появляться в местах общественных купаний, дабы не оскорбить эстетическое восприятие отдыхающих?

— А, черт, народу же там уйма. Махнем на водохранилище, там почти никого нет.

— Из этого почти, мне будет довольно одного, вроде твоего друга, который, прошлым летом, узрев, лишь, мое оголенное плечо, с детской непосредственностью тыкал в него и кричал: «Что за хрень???».

— Я ему потом все объяснил.

— Благодарю, я знаю, что он попал в больницу после твоего «объяснения» и все- таки откажусь.