Николай Второй. Борьба с красным террором

Иногда лучший способ погубить человека –

это предоставить ему самому выбрать судьбу.

Михаил Булгаков

Темнота и боль, вот всё что я ощущал, голова сильно болела и я ничего не видел. В голове всплыл какой то образ разъярённого самурая с мечом в руках и моя нелепая попытка уклониться, – почему именно самурая?

– Потому что я в Японии!

– В какой Японии, что я там делаю?

– Прибыл с визитом как член императорской семьи.

– Какой на фиг семьи?

– Императорской.

– Бред полный. А ты кто?

– Я Николай, все зовут меня Ники.

– Где мы?

– Мы оба умерли, но один из нас должен вернуться и жить дальше. Я уже прожил эту жизнь и она закончилась в подвале Ипатьевского дома, вместе с теми кого я успел полюбить. Я не могу начать всё с начала и у меня нет сил пережить это ещё раз, но у тебя будет шанс изменить всё, что бы спасти Россию, спасти её народ и не допустить таких жертв. Всё что я помнил до этого момента, останется с тобой, но тебе придется освоится в этом теле. Я не знаю, кто или что принесло тебя сюда, но это твой шанс изменить этот мир. Вернувшись в это тело высшими силами, назад в прошлое, после прожитой жизни и расстрела моей семьи, я не захотел больше жить и когда этот обезумевший полицейский напал на меня с мечем, я готов был принять смерть и решил не уклоняться от удара, но ТАМ рассудили по другому и у тебя есть шанс самому изменить историю. Почему именно ты, я не знаю, наверное твоя кандидатура подходит для этого.

Так что прощай и как говорят у нас « Ни пуха тебе, ни пера».

Я что попал в тела Царя Николая Второго? А, что тогда случилось со мной и в тот же миг я вспомнил пешеходный переход, себя идущего в толпе народа и чёрный мерседес, который даже не стал тормозить на красный свет и снёсший меня на огромной скорости. Жена и двое детей оставшиеся в той ещё пока моей жизни. Но может это сон, или последствия травмы и всё это мне привиделось. Я сейчас проснусь и окажусь в больничной палате, а меня придёт навестить моя жена и дети. У нас было столько планов на это лето, что….

Но меня прервали доносящиеся голоса:

– Да положите вы его, нужно опять перевязать раны, открылось новое кровотечение, все бинты сильно промокли.

– Но Его высочество срочно нужно отправить на Крейсер «Память Азова», там есть лекарь и он ему поможет.

– Если его сейчас не перевязать, Его высочество истекут кровью, лучше дайте ещё бинтов Господа.

– Виктор Сергеевич, вы как его адъютант отправить вестового к Азову за помощью и дополнительной охраной. Перемещать его высочество ни в коем случае нельзя, не довезём Господа. Швы нужно накладывать прямо здесь.

С трудом приоткрыв глаза, я ничего не увидел, мне мешали бинты, попытка пошевелиться вызвала сильнейший приступ боли и я потерял сознание.

Очнулся я уже в постели, открыв правый глаз, так как левый был туго затянут повязкой, огляделся вокруг. Находился я в постели, в незнакомом помещении, отделанном в японском стиле, рядом на стуле дремал молодой мужчина в звании штаб ротмистра (чин моего адъютанта, Виктора Сергеевича Кочубея, сам всплыл в моей голове). У меня в ногах спала молодая японка в кимоно, а сам я лежал на традиционно японском ложе. Сквозь полупрозрачные окна, просвечивал ранний рассвет.

У меня было время спокойно обдумать, что делать дальше. Если верить всему сказанному мне, или приводившемуся, я оказался в теле Николая Второго, в Японии, сразу после нападения на него полицейского с мечем, о самом инциденте из истории я ничего ни помнил, как и подробностей этого периода истории. Помнил только, что в 1904 году начнётся русско японская война, в 1914 году первая мировая, вспомнил о кровавом воскресенье и Ходынке.

И какие то общеизвестные факты, но без подробностей. Единственный факт запомнившийся чётко, это расстрел царской семьи в доме Ипатьевых, вот этот факт и нужно было изменить в любом случае. Быть жертвой революционных радикалов мне совершенно не хотелось.

Ещё вспомнился факт болезни сына Николая Второго, его болезнь передавалась по наследству и достаточно избежать брака с герцогиней Алисой, дочерью британской королевы, от неё и шла генетическая болезнь. Нужно составить план действий и попробовать вспомнить значимые исторические события, а пока нужно прикинуться больным и сильно пострадавшим от нападения, что бы иметь оправдания моим неестественным поступкам.

Боюсь что мой разговор и построение фраз выдадут подмену, поэтому мне придётся первое время молчать и заикаться, хотя бы пару дней, пока меня не осмотрят врачи и не поставят какой нибудь заумный диагноз.