Николай Александрович Невский

Почти полтора десятилетия мы занимались изучением научного творчества Н. А. Невского.

Вначале была разная работа: описание рукописных фондов, публикации архивных материалов, разработка некоторых проблем, намеченных ученым. Мы уяснили его метод исследования, узнали литературные вкусы, поняли, что было ему дорого. Накапливался материал о Невском-ученом и о Невском-человеке. Мы оба не знали лично Н. А. Невского, но столь велики были сила ума и обаяние личности этого человека, что они сообщились нам посредством его рукописей. Воображению рисовался человек незаурядный, самородок, ученый-энтузиаст, натура поэтическая. Выходец из самого сердца России, родом с Волги, он вобрал в себя лучшее, что свойственно русскому национальному характеру, — пытливость ума, великодушие, целеустремленность, доходящую до самозабвения. Но и оказавшись в Японии, в иной национальной среде, он вошел в нее не чужеродным элементом, а стал органической частицей, не утратив ничего из своего истинно славянского характера.

После Н. А. Невского осталось катастрофически мало печатных работ. Если собрать воедино все, что доведено им до печати, наберется едва ли с десяток названий. Прижизненные публикации — как правило, небольшие по объему статьи и переводы Многое увиде

1 Исключение составляет лишь работа: Н. А. Невский, Ма териалы по говорам языка цоу. М.—Л., 1935.

ло свет лишь после смерти Невского. Но как велики рукописные фонды ученого!

Несколько лет жизни отдано айноведеншо. Н.А. Невский изучил язык айнов, записал тысячи стихотворных строф, перевел их на русский. Опубликовано же — три небольших перевода со вступительной статьей. Почти готовыми к печати лежали десятки фольклорных произведений, но только в 1972 г. 26 из них вошли в книгу Н. А. Невского «Айнский фольклор», изданную по рукописным фондам 2.

Самым серьезным образом занимался Н. А. Невский фольклором, этнографией, диалектами островов Мияко. Но на русском языке не напечатано и строчки. Нам известно лишь несколько небольших публикаций в японских журналах. Между тем удалось отобрать из его рукописей около 40 фольклорных произведений, которые вошли в работу Невского «Фольклор островов Мияко», готовящуюся к печати в Главной редакции восточной литературы издательства «Наука».

Главный труд жизни Н. А. Невского — «Тангутская филология», изданная посмертно в I960 г. и в 1962 г. удостоенная Ленинской премии.

Ркжюский словарь — бесценный материал для языкознания, пока еще ждет своего издателя.

Тысячи карточек к словарям, однако самих словарей нет. Сотни страниц, исписанных его рукой, — и считанные статьи. В набросках, черновиках — масса незавершенных работ. Николай Александрович Невский не успел их завершить.

Вот строки из письма к японскому этнографу Сасаки Кидзэм:

«Для науки слава не имеет никакого значения. Имя ученого не важно. Важна цель — исчерпывающе осветить проблему». К этой цели «исчерпывающе осветить проблему» он стремился даже тогда, когда, вероятно, следовало бы позаботиться о своем приоритете, той толике 'личной славы, которая ему причиталась.

С заповедью «осветить проблему» связан и характерный для Н. А. Невского стиль научных работ. Статьи не имеют пологих подъемов и закругленных спусков.

2 Н. А. Невский, Айнский фольклор. Составитель Л. Л. Громковская. М., 1972.

Точно автору сообщивший всё по существу, считает излишним затруднять себя и читателя «круглыми» фразами.

Кто был Н. А. Невский? Лингвист? Этнограф, фольклорист? Литературовед, переводчик? И то, и другое, и третье. Прибавим еще — прирожденный педагог, которого помнят и любят его ученики (увы — немногочисленные). Невский был филологом в самом точном значении этого понятия. Знание слова, любовь к слову, изучение слова — с точки зрения грамматики, эстетики, поэтики — это было жизнью Невского. Для этого он был рожден.

В нем соединились сильнейшие стороны русского востоковедения конца XIX — начала XX века, шире — русской гуманитарной науки.

Студент Николай Невский, как и его однокурсники, в равной мере был японистом и китаеведом. Он мог избрать любую стезю. Это не было случайностью или исключением из правила. Традиция университетского образования предполагала доскональное знание как языка основной страны изучения, так и еще одного-двух близких культуре данного народа языков. В тот период русское востоковедение становилось практическим, так как страны изучения стали доступны. У студентов и маститых профессоров появилась возможность регулярных научных командировок. Результат — блестящая плеяда отечественных востоковедов.