Николай I Освободитель. Книга 3

Джакомо Санти бросил взгляд в окно: ушедшее за соседнюю крышу Солнце намекало о скором завершении рабочего дня. Этой весной ясные, погожие дни были достаточно редки — большую часть времени над землей висели тяжелые тучи изредка исторгая из себя холодный дождь, иногда даже переходящий в мокрый снег — и оттого неожиданный теплый денек повлиял на настроение Джакомо сугубо положительно.

Прикинув вероятность того, что в вербовочную контору кто-нибудь еще сегодня надумает зайти и оценив ее как незначительную, итальянец улыбнулся и облизав в предвкушении губы полез в небольшой ларь стоящий тут же возле стола. Сыр, лепешка, горсть изюма, бутылка дешевого прошлогоднего вина: нехитрый ужин в мгновение ока перекочевал на освобожденный от бумаг стол. Тихий хлопок вытащенной из горлышка бутылки пробки и мерное бульканье наливаемой в стакан желтоватой жидкости.

Тихий стук в дверь застал Джакомо с поднесенным ко рту стаканом. Чертыхнувшись про себя, итальянец шустро спрятал вино и снедь и, постаравшись принять максимально деловой вид, произнес.

— Да? Входите, открыто.

Деревянная дверь, краска с которой по причине старости уже наполовину облупилась, тихонько скрипнула и на пороге показался невысокий мужчина лет тридцати-тридцати пяти. Дешевая одежда из некрашеного полотна, обветренное лицо, потемневшие, узловатые пальцы — все выдавало в посетителе работника физического труда. Череда прокатившихся за последние двадцать лет по северной Италии войн, крайне негативно отразилась на благосостоянии местных жителей. Плюс отношение к этим территориям, формально находящимся в личной унии с Францией через одного правителя, а по факту оказавшимся на положении таких себе полуколоний, было сугубо потребительским. Итальянцы должны были давать метрополии налоги, продовольствие, солдат, конечно же, покупать идущие оттуда промышленные товары и поменьше бунтовать. Ни о каком экономическом развитии Итальянского королевства в этих условиях, по сути, и речь не шла.

— Добрый день, господин…

— Джакомо, — будучи сыном такого же небогатого крестьянина и отличаясь только тем, что умудрился научиться сносно читать и писать, Санти с большим удовольствием слышал обращение к себе «господин», пусть даже от нищего работяги. — А как тебя зовут?

— Франческо, господин, — посетитель сделал неопределенное движение головой, как будто не зная, нужно ему кланяться или и так сойдет. — Я узнал, что в этом месте можно наняться для переселения на восток. Это так?

— Все верно, — Джакомо слегка поморщившись при мысли о налитом стакане вина коротко кивнул. — Присаживайся, рассказывай о себе.

— Да, господин, — Франческо осторожно присел на стул. — Я крестьянин, у меня четыре гектара тут недалеко, от Равенны.

— Женат, дети есть? — Вооружившись пером, вербовщик сразу же начал делать пометки на специально отпечатанном в типографии бланке.

— А как же, — кивнул крестьянин, — жена, детей пятеро. Трое парней и две дочки.

— Ясно… И что, ты Франческо, знаешь о предложении русского императора? Ты же не наобум сюда пришел, я правильно понимаю?

— Все так, господин, — уже чуть более уверенно ответил потенциальный переселенец. Он понял, что заживо его тут никто есть не собирается, и даже как будто горбиться стал меньше. — Рассказывали, что можно переселиться на восток, что там есть пустые земли, что налогов там нет. Что с переездом помогут и вообще… Но, право слово, звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, боимся, чтобы обмана не была какого-то.

— Понятно… — Скривившись протянул Джакомо, понятное дело, что молва как обычно все приукрашала. Порой он такие поразительные истории выслушивал, что просто диву даешься, откуда у малообразованных крестьян такой полет фантазии. — Значит так. Землю дают, но не бесплатно, а в рассрочку. Правда беспроцентную, да и стоимость земли в тех местах куда как меньше чем здесь, так что в этом деле все действительно не плохо. На одного взрослого мужчину от четырнадцати весен, полагается по пятнадцать десятин… Э… Ну считай гектаров, разница там не большая, пахотной земли. Сколько твоим сыновьям?

— Старшему как раз пятнадцать исполнилось, — пробормотал крестьянин, пришибленный названными размерами.

— Ну вот гектаров под сорок-пятьдесят на двоих получить и сможете, — пожал плечами Джакомо. — Как мне объяснили, кроме пахотной земли еще и всякие неудобья попадаются: овраги там или ручьи… Но размер участка именно по площади пригодной для земледелия определяется.

— Пятьдесят гектар на семью… Не верю! — Вскинулся удивленный донельзя Франческо, — не бывает такого. Чтобы в рассрочку да без процента! Где это видано, чтобы такие условия были?