Никола Тесла

При оформлении книги использованы иллюстрации по лицензии: от shutterstock.com:

Anton Balazh,

Craig Jewell,

Creations,

Digital_Art,

Eimantas Buzas,

Everett Historical,

gary718,

J.D.S,

J.K.

York,

Molodec,

Morphart Creation,

Nicku,

Pavel L Photo and Video,

Sakala, Viktoriya

Sakala_shutterstock_1645811

Eimantas Buzas_shutterstock_2770961

Craig Jewell_shutterstock_17487460

Creations_shutterstock_26507824

Viktoriya_shutterstock_27984392

gary718_shutterstock_32507452

Digital_Art_shutterstock_54849604

Molodec_shutterstock_57103033

J.K. York_shutterstock_72660619

Morphart Creation_shutterstock_80734714

J.D.S_shutterstock_89191591

Nicku_shutterstock_94197982

Anton Balazh_shutterstock_94735288

Pavel L Photo and Video_shutterstock_147696491

Everett Historical_shutterstock_239401234

Everett Historical_shutterstock_245966125

Everett Historical_shutterstock_249572854

Everett Historical_shutterstock_249572863

Мой учитель и один из самых блестящих физиков-теоретиков ушедшего века М. И. Каганов был удивительно разносторонней личностью. В те далекие времена, когда я еще был первокурсником университета, Моисей Исаакович организовал при обществе «Знание» впоследствии чрезвычайно популярный в нашем городе (Харькове) Клуб любителей фантастики (КЛФ). Не знаю, что происходило в других КЛФ, но в нашем действительно обсуждалась научная фантастика, и среди множества интереснейших тем была и такая – «Фантастические эксперименты». Мне до сих пор очень жаль, что я тогда не догадался законспектировать наполненные неподражаемым юмором, удивительными парадоксами и метафорами выступления Моисея Исааковича. Помнится, что после нескольких основных «программных докладов» возникла, как всегда, очень оживленная дискуссия. И вот когда Моисей Исаакович с большой долей иронии комментировал идеи всяческих опытов по проколам окружающего нас пространства-времени, возникли ключевые термины нашего сегодняшнего рассказа: «Филадельфийский эксперимент», «опыты Теслы» и «завещание Эйнштейна». Признаюсь честно, для меня это были достаточно новые словосочетания, и я с изумлением и восхищением следил за дискуссией, в ходе которой так и мелькали «плазмоиды Теслы», «глобальные электромагнитные резонаторы», «гравиамагнитные потенциалы», «переходы в континууме Минковского» и прочие поражающие воображение вещи.

В общем-то было понятно, что все эти эксперименты так или иначе связаны с понятием «радиолокация». Этот для многих непонятный инженерный термин попал на страницы газет и журналов в 1950-е годы. Видный ученый-радиофизик А. И. Козлов вспоминает, что в те времена он произносился спокойным голосом, с тихим трепетом в сердце и уважением. Предполагалось, что человек, так свободно его употребляющий в разговоре, наверняка причастен к каким-то высшим военным и научным секретам. Сообщения в средствах массовой информации того времени, не говоря уже о литературе и кинофильмах детективно-фантастического жанра, убеждали обывателя в существовании некоего чудо-прибора. Этот прибор, входящий в состав очень сложного оборудования, способен сотворить фантастический радиощит, ограждающий наше небо от непрошеных гостей. Кроме того, чудесный прибор мог бы быть удивительным навигатором, позволяющим воздушным и морским судам летать и плавать в любую погоду, при любой видимости, видеть все, что творится в небесах, на земле и на море. Но шло время, и, как это всегда бывает, массовый интерес к радиолокации угас, его вытеснили новые научные и технические достижения, а сама радиолокация стала формироваться в строгую научную дисциплину с четко очерченными границами возможностей и приложения.