Никогда не люби незнакомца

Миссис Коззолина попробовала суп. В густой жидкости ощущался вкус томатной пасты и легкий чесночный запах. От предвкушения вкусной еды она облизнулась, затем со вздохом повернулась к столу, на котором фаршировала равиоли[1] мясом цыпленка. Жаркий июньский день клонился к вечеру. Сейчас хоть стало свежее. Небо за окном потемнело, и миссис Коззолина включила на кухне свет.

Эти американские девчонки, думала она, легко раскатывая толстыми пальцами кусочки теста и раскладывая на них фарш, так планируют детей, чтобы не носить их летом. Это неслыханно! На родине, в Италии (она улыбнулась, вспомнив молодость) детей не планируют, их просто рожают.

Летом пациентки почти исчезали, а ей приходилось после смерти мужа самой кормить семерых детей. Миссис Коззолина была акушеркой и имела полное право считать американок дурами.

На ее лбу и под едва заметными усиками блестели капельки пота. Из темного коридора донесся звонок. Миссис Коззолина слегка наклонила голову набок, словно пыталась угадать, кто это. Ни у кого из ее пациенток в этом месяце срок еще не подходил, и поэтому она пришла к выводу, что это какой-нибудь продавец.

— Мария! — Ее громкий голос эхом отозвался в квартире. — Пойди открой дверь.

От долгих лет ругани с уличными продавцами ее голос охрип. Ответа не последовало. Звонок зазвонил вновь, на этот раз не робко, а настойчиво. Миссис Коззолина неохотно вытерла руки о фартук и направилась по длинному узкому коридору к входной двери. Через цветное стекло окна виднелись неясные очертания фигуры.

На ступеньках стояла молоденькая девушка с узким усталым лицом, в руках у нее был небольшой чемоданчик. Ее глаза испуганно светились, как у животных в темноте. Наметанным глазом миссис Коззолина сразу определила, что незнакомка на последнем месяце.

— Вы акушерка? — спросила незнакомка мягким, слегка испуганным голосом.

— Да, мадам. — Миссис Коззолина с первого же взгляда поняла, что перед ней леди. Даже в трудные времена таким женщинам удавалось сохранять что-то особое, присущее только леди.

— Извините за беспокойство, но я совсем не знаю Нью-Йорка, и я... — незнакомка умолкла и задрожала. Когда она вновь заговорила, в ее голосе послышались уже настойчивые нотки: — У меня подошел срок, — просто добавила она, — а я не знаю, куда идти.

Несколько секунд миссис Коззолина молчала. Если впустить незнакомку, значит, ее придется положить в комнату Марии. Марии это не понравится, потому что она не любит спать с сестрами. Вполне вероятно, что у этой женщины нет денег, а может, она вообще не замужем. Взгляд акушерки автоматически опустился на руки незнакомки. На тонком пальце блестело золотое кольцо.

— Я... у меня есть немного денег, — отважилась незнакомка, будто прочитав мысли акушерки.

— Но мне негде вас положить.

— Не может быть, чтобы у вас не нашлось свободной комнаты, — настаивала посетительница. — У меня есть времени искать другую акушерку. Я увидела вывеску у вас на двери и позвонила.

Миссис Коззолина сдалась. Делать нечего — Марии придется спать с сестрами, нравится ей это или нет.

— Входите, — пригласила она женщину и взяла чемоданчик.

Они прошли по темному коридору и поднялись в комнату Марии, в которой было еще довольно светло. Из окна виднелся соседний дом из песчаника и мальчик, пытающийся прогнать голубей с крыши длинным шестом.

— Снимайте жакет и устраивайтесь поудобнее. — Миссис Коззолина помогла незнакомке раздеться и лечь. — Схватки давно начались?

— Около часа назад. Я знала, что больше не смогу сделать ни шагу. Поэтому пришлось побеспокоить вас.

Миссис Коззолина внимательно посмотрела на гостью и та смутилась. Она не предполагала, что роды будут проходить в такой обстановке. Думала, что придется рожать в больнице, где рядом будет находиться Джордж, или дома в окружении родных. Столкнувшись с суровой действительностью, она испугалась.

Миссис Коззолина выпрямилась. Маленькой и хрупкой незнакомке будет нелегко рожать с такими узкими бедрами. Роды продлятся не меньше шести-семи часов. Хотя кто знает, может, ей удастся хоть немного облегчить положение? Миссис Коззолина всегда поражалась волшебному превращению, когда у нее на глазах во время родов молоденькие девчушки превращались в настоящих женщин. Правда, эта выглядела уж очень слабой! Миссис Коззолина продолжила бесстрастно разглядывать незнакомку.