Ничего личного...-2

— Как я сочувствую тебе, Лукас, очень сочувствую. Такая потеря для всех нас…

Мужчина привычно отключил слух, не забывая кивать и поддакивать. А уж когда старый дурак полез обниматься, даже похлопал его по согбенной спине. Лицемеры. Все они проклятые лицемеры. Водили отношения с отцом только ради денег, хоть бы признались в этом для начала, а потом толкали пламенные речи.

У Лукаса ужасно болела голова. Боль разламывала виски на части, давила на глаза так, что он едва мог открыть их, не морщась. Эти старые дураки думали, что причина крылась в его горе — как-никак он пережил страшное предательство, потерял отца и брата. Но все они ошибались.

Всю ночь, предшествующую дню похорон, Лукас пил, запершись у себя в комнате. Старая дура Роза несколько раз пыталась заглянуть, однако он не соизволил открыть дверь. Не ее дело, чем он занимается. Теперь он сам себе хозяин.

Лукас задумчиво наблюдал за снующей по гостиной экономкой. Вечно сует крючковатый нос в чужие дела, из-за нее великолепный план едва не провалился. Старая ведьма явно что-то почувствовала и ни в какую не подпускала Лукаса к подготовленным для подачи на стол тарелкам. Однако крысеныш Амадео наконец-то пригодился — отвлекшись на него, Роза упустила момент, когда Лукас подсыпал в тарелку отца стрихнин.

После похорон дом наводнили те, кто имел с Кристофом дела на протяжении многих лет. Старые друзья, партнеры — все они явились отдать последнюю дань уважения человеку, который вел с ними бизнес. И только Лукас знал, что этим жадным животным нужно лишь одно — продление контракта. Все они — лишь эгоисты, пекущиеся о своих интересах.

Все, кроме одного.

Лукас стрельнул взглядом в Ксавьера, который о чем-то разговаривал с Ребеккой Кэмпбелл. Эта сволочь посмела разорвать контракт, и теперь "Азар" лишилась мощной поддержки. За прошедший год благодаря Ксавьеру компания значительно поднялась над конкурентами и продолжала увеличивать разрыв. Но если бы этот хмырь не спелся с Амадео…

Лукас подавил приступ злости. Амадео уже никому не сможет помешать, он сейчас в камере предварительного заключения, ожидает приговора суда. Уж Лукас позаботится о том, чтобы красавчик сел надолго. А может, стоит подослать к нему убийц?..

Столько лет прожив под одной крышей с Амадео, Лукас так и не стал относиться к нему, как к брату. Отец старался воспитывать командный дух, на многие дела отправлял их вдвоем, но он этого терпеть не мог. Младший братец только мешал, лез, куда не просят, и испортил бы не одно дело, если бы не своевременное вмешательство Лукаса. Но отец этого упорно не видел. В его глазах Амадео подавал большие надежды и даже оказался достойным занять место генерального директора "Азар"! Нет, такого оскорбления Лукас стерпеть не мог.

— Прости отец, — прошептал он и отпил шампанского.

Так было нужно. Кристофу все равно оставалось недолго, возможно, от яда он принял более легкую смерть, чем ожидала бы в дальнейшем, в днях, полных боли. Лукас искренне горевал о его кончине, но не мог допустить, чтобы во главе компании встал безродный бродяга.

После того, как Амадео увезли в полицию, Лукас попросил следователей оставить его наедине с телом отца. Нет, не боялся, что найдут улики — единственной зацепкой был пузырек из-под яда, на котором Амадео так кстати оставил свои отпечатки. Причина смерти была ясна, и Стефан подтвердил, что Кристофу стало плохо сразу после ужина. Также он сообщил и о том, что никому, кроме Амадео, не удавалось заставить главу семьи принимать пищу. Эти свидетельства и несколько пачек банкнот, извлеченных из отцовского сейфа, развеяли последние сомнения в виновности Амадео.

Лукас пробыл в спальне отца час. И все это время сидел рядом с ним и плакал, сожалея о том, что натворил, но убеждал себя, что это было необходимо.

Ребекка бросила взгляд на Лукаса и презрительно отвернулась. Ну и пусть, подумаешь, торговка информацией. Даже если красотка очень захочет, найти ничего не удастся. Тот, кто доставил стрихнин, теперь покоится на дне моря и уже не расскажет, кто заказал яд. И большого шума убийство не наделает, даже если труп найдут. В конце концов, свяжут его с Амадео, но никак не с Лукасом.

Кто знает, может быть, все же удастся договориться с Ксавьером? Лукас изучающе смотрел на него поверх бокала. Выглядит спокойным. Они с Амадео были очень близки, однако никакого горя, никакой печали по поводу ареста тот не выказывал. И явился проститься с Кристофом, значит, возможное сотрудничество для него все так же важно. А насчет взаимной неприязни… Не всегда приходится работать с приятными людьми, не так ли?

Лукас одним глотком допил шампанское и решительно направился к Ксавьеру.

— …сомневаюсь, что это поможет, Ребекка, — долетел до него обрывок разговора. Затем серые стальные глаза уставились на него.

Лукасу стало не по себе — его будто просвечивал рентген. Но он постарался взять себя в руки и непринужденно сказал, придав голосу оттенок горечи:

— Благодарю вас, господин Санторо, что нашли время прийти. Для меня это очень важ…