Неживения – царство призраков

Вулкан дрожал. Камни скатывались по его трясущемуся склону, высоко подпрыгивая. Некоторые долетали до ног Благовея и бились о них, но великий волшебник словно не замечал боли от увесистых ударов и лишь пошатывался от толчков, чудом сохраняя равновесие. Его тревожное лицо было обращено к вершине горы, где находилось жерло. Прежде добела раскаленное и испускающее клубы серебристого дыма, теперь оно потускнело, утратив былое сияние. Словно невидимый гигант закрыл свет, исходящий изнутри, остановив рождение звезды. Ведь этот вулкан был не простой, а Звездный, и в недрах его плескалась не расплавленная лава, а звездное вещество, из которого появлялись новые звезды. По подсчетам и приметам как раз близилось то самое время, когда должен был наступить этот восхитительный момент. Это редкое событие происходило раз в несколько тысяч лет, и должно было вот-вот начаться. Но что-то случилось со Звездным Вулканом. Кто-то остановил рождение нового светила, прервал появление нового мира. И, похоже, Благовей догадывался, кто это мог быть.

В подтверждение его тревожных мыслей волшебник увидел тонкую струйку черного дыма, выплывшую из угасшего жерла. Но дым не рассеивался, а извиваясь, словно шелковая лента, поплыл к Благовею. Серпантином покружив вокруг него, дым собрался в комок, образовав вращающийся в воздухе шарообразный сгусток, меняющий форму. В скоплении мрака начал проступать человеческий силуэт. И вот перед Благовеем появился некто, сотканный из черного дыма. Мужская фигура парила, едва касаясь земли ногами, и колыхалась от ветра. Она была похожа на тень, такую же, какую отбрасывал Благовей в лунном свете. Только на лице его раскаленными докрасна углями сверкали глаза. Они сверлили волшебника ненавидящим взглядом. Какое-то время двое молча изучали друг друга, не двигаясь. Потом на лице бесплотного существа черной дырой открылся рот, и раздался глухой шипящий голос:

– Шшшш-што, не шшшш-шдал?!

– Что же ты наделал, брат Неживей, – тихо сказал волшебник, сокрушенно качая головой. – Ведь ты мог стать сияющей звездой, а вместо этого выбрал темную сущность.

– Щщщ-щвежжждой! Жж-звездой! – из дыры-рта раздался хрип, отдаленно напоминающий смех, а следом невнятное шипение. Существо пыталось сказать что-то, но слова давались ему с трудом. Наконец, хриплый бессмысленный свист перешел в более-менее внятную речь.

– Непросто разговаривать, когда у тебя нет языка, – снова шипение, и затем: – Не думал, что когда-нибудь снова увижу этот мир.

– Как ты очутился здесь? – спросил Благовей. – В этот мир нет пути из царства призраков.

– Не было, – ответила черная фигура. – Теперь, как видишь, есть! Вечная Тьма на многое способна. Даже нарушить неприкосновенность твоих границ, брат Благовей.

– Ты склонился перед Вечной Тьмой? – в голосе волшебника прозвучало презрение. – Как ты мог?

– Склонился? Нет, что ты! Я вступил с Вечной Тьмой в сотрудничество! – существо, названное Неживеем, издало свистящий смех. – Я помогу ей, она – мне.

– Что же она может тебе дать кроме вечных страданий, глупец? – острая бородка Благовея взметнулась вверх вместе с возмущенно вскинутой головой.

– Гораздо больше, чем ты думаешь! – зловеще прошипел бесплотный Неживей. – Многие тысячелетия я томился в царстве призраков в ожидании, когда же, наконец, дойдет до меня очередь воссиять звездой на небе. Но она все никак не доходила. Сколько я должен был ждать этого радостного события? Миллион лет?

– Ты же знаешь, что для этого нужно иметь очень сильное сияние добра, – ответил Благовей. – Чтобы переродиться в звезду, нужно заслужить это.

– А разве я не заслужил? – Неживей зашелся в приступе кашляющего смеха. Черная фигура задрожала, потеряв четкость контуров, отчего голова его расплылась в стороны, но когда смех прекратился, приняла прежние очертания. Существо заговорило снова, и в шипящем голосе послышалась горечь обиды: – Ты многих отправил в небо, брат Благовей! Многих из царства призраков. А я все ждал и ждал, надеясь, что в следующий раз звездой стану я. Почему ты до сих пор не сделал этого? Считаешь меня, царя Неживея, недостойным?

– От меня это не зависит, – возразил волшебник.

– Как же, так я тебе и поверил! – Неживей злобно зашипел, как змея, приготовившаяся ужалить. – Ты всегда недолюбливал меня, когда я еще был жив. Когда мы были еще мальчишками. Ты всегда считал меня недостойным. Недостаточно добрым. Ты всегда давал мне понять, что я недотягиваю до идеального волшебника.

– Это неправда. Все это внушила тебе Вечная Тьма. Это она посеяла в тебе семена обиды, чтобы ты стал предателем, – отвечал Благовей, сокрушенно качая головой.