Нежданные гости

Долгая ненастная ночь сменилась холодным утром. Капли дождя падали из прохудившейся водосточной трубы и монотонно стучали по оцинкованной крыше мусорного бачка. Сигэко, превозмогая ломоту в пояснице, включила на полную мощность электрическую жаровню-котацу. Выпив чаю из термоса, она поставила чайник на газовую плиту. Зазвонил телефон. Сигэко взглянула на маленький буфет, на котором стоял аппарат.

Какой же сегодня день? – подумала она, мысленно перелистывая календарь. Она вела счет времени по вечерним телевизионным программам. Вчера показывали «Митоко-мон»[1] – стало быть, сегодня вторник. Наверняка это Мотомура, хочет предупредить, что вечером придет попозже. Хотя рановато для него. Что беспокоиться об ужине, когда еще обед не настал. Телефон давал о себе знать в лучшем случае раз в неделю, поэтому Сигэко пошла к нему неторопливо, чувствуя растерянность и в то же время невольную радость. В трубке раздался спокойный женский голос:

– Алло, как лучше добраться до вас?

Сигэко от неожиданности смешалась. Она и предположить не могла, чтобы к ней пришел кто-нибудь, кроме Мотомура из бюро обслуживания стариков, который дважды в неделю доставлял продукты.

– О чем вы, простите?

– Я хотела бы сейчас побывать у вас.

– У меня? Сейчас?

– А что, сегодня нельзя? – произнес вмиг потухший голос.

Сигэко, нервно теребя шнурок, подвернувшийся под руку, выдавила из себя:

– Нет-нет, пожалуйста, в любое время милости просим.

– Еду немедленно.

– Извините, а вы откуда будете? – смущенно спросила Сигэко.

– Из Ёцуя,[2] совсем рядом с линией Синдзюку. Если на метро, то надо выйти на станции Синдзюку-сантёмэ, – объясняла незнакомка так, словно Сигэко собиралась к ней в гости.

Сигэко интересовал не адрес, ей хотелось узнать, кто ее собеседница, однако она не решалась задать этот вопрос. Слушая торопливую речь в трубке, Сигэко подумала, что женщина, пожалуй, старше, чем показалось сначала. Конечно, помоложе меня, но из среднего возраста уже вышла. Собирается ко мне… Зачем я ей понадобилась? Придется хотя бы в прихожей прибрать. А что к чаю подать?

Мысли Сигэко разбегались, она почувствовала, как в душе огоньком вспыхнуло беспокойство. Словно ее долго держали в темноте, а потом вдруг вытолкнули на ослепительный свет. Сигэко встрепенулась – ей, живущей взаперти, предстоит принять гостью.

Может, это одна из старых подруг, о которой я и думать забыла? Или родственница покойного мужа? Сколько он ни втолковывал, я так и не запомнила всех. Были же, в конце концов, женщины в его родне…

С замиранием сердца Сигэко вдруг тихо произнесла:

– У вас какое-то дело ко мне?

– Ничего особенного. Хочется просто подышать вашим воздухом.

– Добро пожаловать, – ответила Сигэко, удивившись собственной решимости. В ее голосе прозвучало что-то детское, словно она выпрашивала гостинец. – Ну что же, садитесь на поезд до Такао. – Сигэко представила себе оранжевые вагоны, в которых она давным-давно не ездила. Видение исчезло.

Женщина сказала, что ездила по той линии до Митака.[3]

– Так вот, после Митака будет станция Мусаси-сакаи, потом Мусаси-коганэи… Ах нет, ведь теперь есть новая станция, Хигаси-коганэи.

Разговор неожиданно прервался. Сигэко кричала в умолкшую трубку, но голос ее словно увяз в мембране аппарата.

Как же она найдет меня, успела только станцию объяснить, думала Сигэко, нетерпеливо нажимая на рычажок телефона, но в трубке раздавался унылый гудок. Что делать, если она больше не позвонит? Она чувствовала, как в душе поднимается обида из-за того, что долгожданная гостья потеряна. Холодок тоски пробежал по спине. Прошло несколько секунд, и телефон зазвонил снова.

– Смотри-ка, звонят! – непроизвольно вырвалось у Сигэко.

Так говаривал ее муж, умерший пять лет назад. Он всегда радовался даже неожиданным звонкам. Не зная, кто отзовется на другом конце провода, всегда весело восклицал:

– Смотри-ка, звонят!

Муж не изменил своей привычке и тогда, когда слег из-за болезни.

– Телефон, – вторила ему Сигэко, будто они хотели перекричать аппарат. Дом, казалось, вздрагивал от голоса мужа. Телефон приносил не только приятные известия, но муж всегда объявлял:

– Смотри-ка, звонят!

В трубке послышался голос той же женщины. Она извинилась – у нее не оказалось монетки в десять иен. Значит, звонит с улицы из автомата. Сигэко слышала только женщину, никаких шумов не было, однако в доме словно повеяло жизнью большого города.

Сигэко торопливо объясняла путь:

– Если вам не трудно пройтись пешком, то дорога от южного выхода из станции хорошая. Но в такое ненастье, пожалуй, лучше поехать на автобусе.

Женщина вежливо поблагодарила Сигэко и сказала, что скоро приедет. В трубке раздался звонкий щелчок.

Сигэко принялась хлопотать по дому. Настенные часы показывали начало десятого. «Да, ранняя гостья, – пробормотала Сигэко, открывая буфет в поисках блюдец. – От Синдзюку до меня около часа езды, но все равно нечего терять время попусту, нужно приготовиться заранее».