Незаконнорожденная

Тот день, когда она пришла со стороны болота, выдался ужасно холодным. Северный ветер, пронизывая до костей, дул непрерывно с самого утра. Тонкий ледок, покрывающий влажную почву, проламывался под босыми ногами. Девочка медленно брела к фермерскому дому. Она шла с западной стороны, и рядом неспешно несла воды набухшая река, а за спиной светило низкое солнце – мрачное, молочно-белое, похожее на бельмо невидящего глаза. Из дома вышла девушка и направилась через двор к курятнику. Она не сразу заметила девочку, потому что куталась в шаль и смотрела вверх, наблюдая за большой стаей скворцов, летевшей к раскидистому каштану, чтобы устроиться там на ночлег. Птицы следовали в одном направлении, напоминая странное существо, похожее на клуб дыма. Они без умолку галдели, словно на что-то жалуясь друг другу, и вскоре исчезли среди голых ветвей.

Девочка приоткрыла ворота и вошла во двор. Когда девушка наконец увидела ее и окликнула, от неожиданности девочка споткнулась. Бедняжка не разобрала слов, но сам их звук напугал ее. Покачнувшись, она остановилась. Фермерский дом, выстроенный из светлого камня, был большой и просторный. Из его труб тянулись струйки дыма, из окон нижнего этажа лился мягкий желтоватый свет, пятна которого ложились на влажную глинистую землю. Он неудержимо притягивал к себе девочку, словно та была мотыльком. Свет обещал тепло, пристанище, а возможно, и еду. Она снова нетвердыми маленькими шажками двинулась к дому. Тот стоял на возвышении, и путь к нему лежал по крутому склону, так что, преодолевая подъем, девочка шла зигзагами, то и дело оступаясь. Казалось, ей оставалось лишь протянуть руку, чтобы окунуть ее в золотое сияние. Оно было таким близким. Но тут девочка упала и не смогла подняться. Малышка слышала, как девушка встревоженно вскрикнула, и ощутила, как ее поднимают и куда-то несут. Ничего из того, что случилось потом, девочка не помнила.

Она очнулась от сильного покалывания в руках и ногах. Возникшее незнакомое чувство разлившегося по крови тепла вызывало в них невыносимый зуд и ноющую боль. Бедняжка попробовала пошевелиться, но не смогла. Что-то сковывало движения. Девочка открыла глаза и поняла, что сидит завернутая в шерстяное одеяло на коленях у девушки, которую видела во дворе. Рядом с ними ревело пламя в огромном, как пещера, камине. Жар был ошеломляюще сильным, а свет невыносимо ярким. Над головой виднелись балки, поддерживающие потолок, рядом на полке сияли свечи; казалось, она попала в какой-то другой мир.

– Неужели ты считаешь, что ее надо выгнать на улицу, да еще в такой холод! – сказала девушка.

Голос у нее был мягкий, но взволнованный. Девочка подняла взгляд и увидела лицо такое чудесное, что ей подумалось: наверное, она сидит на коленях у ангела. Волосы этого неземного создания, совсем светлые, были цвета свежеснятых сливок. Большие и добрые ярко-синие глаза смотрели из-под длинных ресниц, похожих на маленькие золотые перышки. У девушки были высокие скулы и острый подбородок, твердые очертания которого, однако, смягчал легкий намек на ямочку.

– Она бродяжка, это уж точно, – прозвучал немолодой голос, в котором послышалась угроза.

– Ну и что? Она дитя и умрет, если проведет еще одну ночь без крова и еды. Только посмотри на нее! Одни кости, словно у несчастного птенца, выпавшего из гнезда. – Девушка опустила взгляд, увидела, что девочка на нее смотрит, и ответила улыбкой.

– Она отопрет ночью дверь людям из своей шайки, вот увидишь. Она их впустит, и эти разбойники заберут все, включая твою честь!

– Ох, Бриджит! Вечно ты всего боишься! Ты рабыня своей подозрительности. Она не сделает ничего подобного. Это просто ребенок. Сама невинность.

– В этом доме нет никого невиннее тебя, мисс Элис, – пробормотала Бриджит. – И говорю я из осторожности, а не из страха. Какой дорогой она пришла?