Невидимый рубеж. Книга третья. Долиной смертной тени

Невидимый рубеж. Книга третья. Долиной смертной тени

Олег Красин

Описание

В третьей части трилогии "Невидимый рубеж" читатели погружаются в напряженный мир борьбы сотрудников безопасности с ваххабитским подпольем, действующим в Москве и Подмосковье. Запланирован крупнейший теракт на теплоходе с московскими школьниками. Сотрудники ФСБ сталкиваются с нелегкой задачей нейтрализации угрозы и ликвидации террористов. Роман полон динамичных событий и напряженных ситуаций, типичных для боевиков и детективов. Автор мастерски передает атмосферу опасности и интриги. Книга содержит нецензурную брань.

<p>Олег Красин</p><p>Невидимый рубеж. Книга третья. Долиной смертной тени</p>

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. У входа в Долину

Москва, больница скорой медицинской помощи, палата реанимации, 16 июня 2013г., 14:30

Слабый свет едва пробивается сквозь сомкнутые веки. Густой молочный туман, без знаков, без символов, без солнца, висит перед ним плотной пеленой. Вязкое, зыбкое марево. Он ведет глазами по сторонам, надеясь обнаружить людей, человеческие контуры, размытые тусклым светом, но ничего и никого не обнаруживает, даже тени.

«Где я? – мелькает в его мозгу. – Где, в каком месте?»

Молочный туман вдруг темнеет по краям, постепенно сужая белесое пространство, набухает чернильным сумраком, как промокашка, упавшая на кляксу и острое чувство тревоги, захлестывает сознание, заставляет сжаться сердце от нехорошего предчувствия. Он пристально всматривается в наступившую кромешную тьму, надеясь найти в этой непроницаемой мгле хотя бы крохотное пятно огонька, едва видимую светлую точку. Но тщетно. Вдруг чернильное облако начинает медленно расползаться по сторонам, разлезаться клочками, открывая перед ним темную безлюдную долину, пустое голое пространство…

И вот он стоит на небольшой возвышенности, смотрит сверху вниз. Поднявшийся ветер треплет волосы, рвет одежду, но ему не холодно, а зябко, будто сырая ночная мгла пробирает насквозь до костей. Здесь нет сырости, нет тепла, нет холода. С удивлением он отмечает про себя, что здесь ничего нет, только сумрак и неизвестность.

Впереди лежит черная, отсвечивающая антрацитным блеском дорога, она упирается в серое небо. Вокруг темная сухая земля: ни травы, ни деревца, ни воды. До слуха долетает завывание ветра. Или это не ветер, а плач заброшенных душ, летающих под небесами?

«Неужели это? Это…» Он хочет мысленно назвать место, облечь в слова свою догадку, но боится произнесенного слова, боится даже образа, приходящего на ум. И все же слова находятся: «Это ведь библейская Долина смертной тени!»

Он стоит, не зная, что делать, куда идти. И стоит ли вообще идти? Но затем, из ниоткуда, возникает мысль, которая распарывает острым жалом его трепещущую от страха плоть: «Мне надо пройти по ней. Мне надо пройти по долине!»

Сознание его меркнет, он отключается, снова приходит в себя и вновь проваливается в беспамятство.

– Давно он в отключке?

Этот вопрос озвучил мужчина лет пятидесяти, подтянутый, спортивного вида, навестивший беспамятного больного в палате.

– Почти неделю, – ответил врач, вялый и апатичный молодой парень. Насмотревшись на циничного и бесцеремонного героя сериала «Доктор Хаус», местный эскулап ходил по палате в мятой рубашке серого грязного цвета, джинсах и кроссовках, правда, все-таки в больничном халате. Халат болтался у него на плечах внакидку, норовя то и дело, соскользнуть вниз на потертый в отдельных местах линолеумный пол.

– Никто им не интересовался?

– Вроде нет! – пожал плечами врач. – А кто-то должен? У него есть родственники?

Мужчина-посетитель невольно скользнул взглядом по лицу, лежавшего без сознания пациента.

– Родственники есть! Я родственник! – он усмехнулся. – Скажите примерно, когда он все-таки очнется, когда придет в себя?

– Тут прогнозы давать сложно, пациент нестабилен, давление скачет. Держим его пока на лекарствах.

Молодой доктор, посчитав, что разговор окончен и пора вернутся к другим делам, хотел уже выйти из палаты, но мужчина вдруг твердой рукой схватил его за халат и тот, заскользив по худым плечам медика, свалился на пол.

– Этот парень нам очень нужен, – вежливо, но в то же время веско произнес мужчина. Он аккуратно поднял халат, накинул его на плечи парня. – Я прошу вас, сделайте все возможное! Вы меня поняли?

– Понял, как не понять! – ответил врач и зябко повел плечами.

Едва человек, навещавший больного, вышел, в то же мгновение в палате оказалась пожилая медсестра, словно ждала за дверью своей очереди.

– Вадим Андреевич, а это кто? Родственник что ли?

– Дядя его! – саркастично заметил доктор. – Парень-то не простой лежит у нас, в ФСБ служит. А этот, что приходил, его начальник.

– А-а! – понимающе протянула медсестра и подошла к больному поправить подушку. У кровати она обернулась. – А что с ним такое? Ну, что случилось-то?

– Говорят теракт. Впрочем, не знаю, врать не буду!

– Странно! И почему его к нам положили? Я слышала, у них свой госпиталь есть.

Молодой медик пожал плечами.

– Наверное, здесь ближе. Вы посидите с ним?

– Да, – медсестра озабоченно кивнула головой, – присмотрю!

Вадим Андреевич, наконец, пошел из палаты, невольно чувствуя в душе облегчение, точно до этого был заложником, а теперь внезапно получил свободу. Уже в больничном коридоре он столкнулся с двумя мужчинами, крепкими и молчаливыми, стоявшими у входа с настороженными лицами. Доктор все не мог привыкнуть, что нового пациента охраняют.

Похожие книги

Аккорды кукол

Александр Анатольевич Трапезников, Александр Трапезников

«Аккорды кукол» – захватывающий детективный роман Александра Трапезников, погружающий читателя в мир тайн и опасностей. В центре сюжета – загадочный мальчик, проживающий в новом доме, и его странное поведение. Владислав Сергеевич, его жена Карина и их дочь Галя сталкиваются с непонятным поведением ребенка, который заставляет их задуматься о безопасности и скрытых угрозах. Напряженный сюжет, наполненный неожиданными поворотами, интригой и тревожным предчувствием, заставляет читателя следить за развитием событий до самого финала. Это история о скрытых мотивах, подозрениях и борьбе за правду, в которой каждый персонаж играет свою роль в запутанной игре.

Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов

Ерофей Трофимов

В новом теле, в другом времени, на Кавказе, во время русско-турецкой войны. Матвей, бывший родовой казак, оказывается втянутым в водоворот событий: осада крепости, стычки с горцами, противостояние контрразведке. Он пытается скрыться от внимания власть имущих, но неизбежно оказывается в гуще заговоров и опасностей. Каждый день приносит новые приключения, враги и кровавые схватки. Выживание в этом жестоком мире становится главной задачей для героя. Он сталкивается с трудностями, но не опускает руки, сохраняя свой характер и привычку бороться до конца.

И один в тайге воин

Ерофей Трофимов

В таежной глуши разворачивается история смелого старателя, который, казалось, обрёл всё, о чём может мечтать обычный человек. Но война, которую он ждал, внесла свои коррективы в его жизнь, принося новые проблемы. Он сталкивается с трудностями, предательством и опасностями в борьбе за выживание в суровых условиях. В этом приключенческом романе, сочетающем элементы детектива, боевика и попаданцев, читатель погружается в мир, где каждый день – борьба за выживание, а каждый враг – угроза. Встречаются новые люди, возникают сложные ситуации, которые герой должен преодолеть. Он должен не только выжить, но и защитить свою семью и близких. Книга полна динамичных событий и захватывающих поворотов сюжета.

Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира

Ерофей Трофимов

Елисей, опытный агент спецслужб, вновь оказывается втянутым в опасную игру. На этот раз его преследуют государственные разведки, стремящиеся устранить его. В ситуации, когда его решают убрать, Елисей объявляет кровную месть. Он готов на все, чтобы отомстить за себя и своих близких. Его путь к справедливости полон опасностей и противостояний. В этом напряженном противостоянии Елисей сталкивается с коварными врагами, используя свои навыки и знания, чтобы раскрыть правду и добиться справедливости. Книга полна динамичных действий, интриг и поворотов сюжета.