Невеста в наследство (СИ)

— Габи, мне очень жаль…

Голос мамы, непривычно тихий и будто лишенный красок, ворвался в сознание ощущением беды. Резко повернувшись, я посмотрела на нее, мимолетно отмечая, что и она сама словно потеряла часть красок в своем облике. Густые черные волосы подернулись дымкой тумана, а роскошное алое платье показалось полинявшим.

— Что случилось? — медленно уточнила я, понимая, что после ее ответа моя жизнь изменится, иначе мама не вела бы себя так, будто пришла сообщить о приговоре.

— Лоран мертв…

Она замолчала, словно давая мне осознать случившееся, а сама нервно прошлась по комнате до окна, заламывая руки. Несвойственное ей поведение отвлекало и понадобилось несколько минут, прежде чем до сознания дошло, что случилось, но все равно я не испытала ничего из того, что могло бы вызвать у мамы столь сильный ужас. Да, сожаление и грусть окутали разум, как всегда бывает при потере близкого друга, но чтобы постареть за один день на несколько лет?

Лоран являлся моим женихом с того момента, как мне исполнилось четырнадцать, но это должен был быть брак по расчету. Конечно, как и любой юной девушке, начитавшейся в свое время романтичных историй хотелось выйти замуж по любви, но помимо ветра в голове с самого детства угнездился и разум, отчетливо напоминающий, что чем родовитее семья, тем меньше у ее представителей права на своеволие. Так что все что я могла сделать, так это постараться увидеть в молодом человеке, жаждущем вступить в брак с Габриэль тер Шартрез что-то хорошее. И я нашла.

Лоран был умен, весел, не чурался признаваться в собственных ошибках, любил охоту и балы, являлся прекрасным танцором и остроумным собеседником. Всего на три года старше меня, он, как и наши семьи, ждал пока мне исполнится восемнадцать, чтобы пожениться.

И хотя любви с его стороны тоже не было, мы оба принимали предстоящий брак как весьма выгодный вариант. Невеста и жених не противны друг друга, семьи нашли общий язык и устраивают друг друга по статусу, а наша с Лораном совместная жизнь представлялась мне чередой совместных развлечений. Потом, когда его отец станет слабее и отойдет от дел, то Лорану придется стать серьезнее и взять семейные дела в свои руки, но лорд Анджей тер Торджер, как и любой повелитель неба ещё полон сил и не собирался уходить на покой.

Все это пронеслось в голове за считанные мгновения, а затем разум потребовал объяснения, почему смерть Лорана вызвала такую реакцию у матери.

— Мама, что случилось? — потребовала я ответа. — Мне невыносимо жаль, что Лорана больше нет, но это не конец света. Ты же знаешь, между нами не было сильных чувств. Или дело не только в его смерти?!

— Анджей тоже мертв, — севшим голосом сказала она, снова пройдясь по комнате и опустившись в кресло с тяжелым вздохом. Ни о какой ровной осанке и речи не шло, мама сгорбилась как старуха и обхватила себя руками.

Нахмурившись, я взглянула на нее, все ещё ничего не понимая. Отцом Лорана я восхищалась, как и любым умным человеком, умеющим не только зарабатывать деньги, но и со вкусом пользоваться ими, не скатываясь в мотовство. увы, как девушке, для меня были закрыты многие двери, позволявшие применить умственные способности, наверное поэтому я и приняла выбор родителями Лорана как мужа, зная, что его мягкость не позволит ставить строгие запреты.

Но опять же, смерть несостоявшегося свекра — не повод для подобного поведения.

— Это не все? — запнувшись, спросила я.

Мама покачала головой, посмотрев на меня с выражением ужаса на лице.

— Не тяни, — прошептала я. — Что-то с папой? Семьей? Что за дурацкая привычка тянуть с объяснениями в такой ситуации?!

— Не кричи на меня! — повысила голос мама, на мгновение став прежней, решительной и уверенной в себе, чтобы через секунду снова сникнуть, раздавленной непонятно пока какими новостями. Новостями, что она боялась озвучить.

— Говори! — рявкнула я.

— Наследник Анджея прислал сегодня письмо с уведомлением, что скоро прибудет, и приказом готовиться к свадьбе…

Она опять замолчала, вынудив меня ещё сильнее нахмурится.

— Не понимаю, — севшим голосом сказала я. — Лоран — единственный сын Анджея тер Торджера.

— Законный, — поправила меня мама, дрожащими руками протягивая мне измятое письмо. — у него есть ещё один сын… Айвар. Позорная страница истории жизни Анджея. Но судя по тому, что он вступил в наследство без проблем, Торджер все же признал его.

Мотнув головой, я уставилась на мать. Меня не интересовали вопросы наследования в роду Торджеров. Я искренне не понимала, почему какой-то там неизвестный наследник вдруг решил, что может на мне жениться! Все ещё не в силах осознать взаимосвязь, я протянула руку, забирая письмо у матери и вчитываясь в его строки. Их было всего две…

«Я, Айвар тер Торджер выражаю желание вступить в брак с Габриэль тер Шартрез по закону левирата. Подготовьте невесту к ритуалу через неделю».

И подпись. Размашистая такая, словно не перо на бумаге чернила оставило, а лист клинком покромсали.