Невеста принца

Пронизывающий ветер гулял между деревьями, срывая с ветвей сухие листья, и они пускались в дикий пляс под полной луной. Эта ночь таила в себе опасность, привидения, гоблинов и прочие существа, порожденные страшными снами и таинственной темнотой. Более пугливый ребенок при первом же непонятном шорохе обратился бы в бегство, если бы только у него вообще хватило духу бросить вызов мраку. Десятилетняя Джоселин Шелтон была не робкого десятка.

Если в полнолуние зарыть записку со своим желанием в землю, оно исполнится…

Девочка встала коленками на твердый грунт и повертела в лунном свете листок бумаги, который держала в руке, пытаясь еще раз прочитать строчки, над которыми трудилась несколько последних дней. Впрочем, она и так помнила наизусть каждое слово. Но, когда на карту поставлено будущее, не следует оставлять на волю случая даже мельчайшую деталь. Если за свою недолгую жизнь Джоселин и успела прийти к какому-то твердому выводу, то именно к этому.

Удовлетворенно кивнув, она аккуратно сложила бумажку и прижала коленом к земле, чтобы не унесло ветром. Не хватало еще только, чтобы пришлось гоняться за ней в бледном свете луны.

Кроме того, не важно, ночью или днем, она все равно вряд ли смогла бы разглядеть что-либо дальше расстояния, на которое можно метнуть камень, что до последнего времени считала вполне естественным. Кому придет в голову, что другие люди более зоркие, чем ты сам? Нет, в самом деле?

Это место было ничем не хуже прочих. Джоселин захватила на кухне большую погнутую поварешку. Ею она и собиралась копать.

Молли, единственная оставшаяся в доме служанка, скорее даже член семьи, сказала как-то, что если зарыть в землю листок с написанным на нем заветным желанием, то лесные феи, речные нимфы и прочие волшебные существа помогут осуществить его! С тех пор Джоселин и ее младшая сестренка Бекки закопали бессчетное количество бумажек. Земля поместья Шелбрук была усеяна крошечными бугорками, под которыми покоились записки с желаниями сестер. Старшие сестры — четырнадцатилетняя Эмма и Марианна годом ее моложе вряд ли поняли бы это и, пожалуй, воспрепятствовали бы ночным вылазкам младших. Даже несмотря на то что в некоторых записочках содержались просьбы о прекрасных богатых мужьях для всех четверых.

Конечно, Джоселин и Бекки не были уж такими наивными дурочками, полагавшими, что любое желание непременно исполнится. Они знали — никакое волшебство Молли не в силах воскресить мамочку. Но так хотелось хотя бы вспоминать ее… Джоселин было всего три года, а Бекки и того меньше, когда мама умерла, и в память о ней у девочек оставался только слабый аромат, рассеивавшийся в воздухе, когда доставали проветривать старую одежду из шкафов в маминых комнатах.

Нет, они мечтали о вполне реальных вещах. Например, чтобы папа жил дома, в Шелбруке, а не проводил время в Лондоне за игрой в карты. Правда, Джоселин как-то раз пожелала по секрету, чтобы он хотя бы изредка выигрывал. Ни одно из этих желаний пока не сбылось. Отец появлялся дома лишь на короткое время, чтобы снять со стены очередную картину или лишить комнаты еще одного годного для продажи предмета обстановки.

Девочки желали, чтобы их старший брат Ричард тоже вернулся домой. Во время своих кратких визитов Ричард был с ними мил и приветлив, но тетя Луэлла говорила, что он весь пошел в отца и также катится вниз, навстречу гибели. Тетя Луэлла считала, что в роду Шелтонов мужчины все одинаковы, полагаться на них нельзя, так что женщинам приходится заботиться о себе самим.

Именно этим Джоселин теперь и занималась.

Ямка была уже довольно глубокая для того, чтобы погрузить в нее кисть, но, хотя глубину эту они с Бекки прежде считали достаточной, Джоселин продолжала копать дальше, отгоняя мысль, что помощь Бекки ей сейчас совсем не помешала бы. Но этим желанием Джоселин не хотела делиться даже с Бекки, и оно казалось слишком важным, чтобы ограничиться мелкой ямкой.

Желание было непростое. По правде говоря, это скорее был план всей ее будущей жизни, тщательно продуманный и изложенный на бумаге. Надежды и мечты переплетались с правилами и предписаниями, но и это не все. Джоселин назвала свое творение трактатом, чтобы придать ему важности. Девочка понятия не имела, что такое трактат, но звучало слово шикарно. Она постаралась использовать как можно больше взрослых слов, хотя не все из них понимала, но звучали они не менее великолепно, чем трактат. Джоселин позаимствовала их у Марианны, которая обычно не расставалась с книгами, считала себя литературно образованной и то и дело употребляла взрослые слова.