Невеста для двоих. Замуж за порочность

В полуосвещённой гостиной плавали сизые клубы дыма от ароматных сигар, на стенах плясали отблески от огня в камине. В тяжёлом бронзовом канделябре оплывали три толстые свечи, бросая неверный свет на стол, за которым сидели двое. Перед ними лежали карты, на полу стояли пустые бутылки из-под вина — мужчины явно расслаблялись этим уютным вечером. И хотя они не были родственниками, между ними улавливалась едва заметная схожесть. Может, в одинаковых ленивых улыбках, или прищуренных взглядах — глаза одного имели тёмно-карий, почти чёрный цвет, у второго же пронзительно-синие. А может, их аристократические корни, отчётливо проступавшие в тонких, правильных чертах лица. И вместе с тем, мужчины были разными. У одного чуть более тяжёлый подбородок и жёсткая складка в уголках губ, у другого — наоборот, в движениях проскальзывало что-то кошачье, хищное, а раскосые глаза лишь добавляли сходства с опасным зверем. Оба были одеты по-простому, в рубашки и штаны.

— Ну что, по последней и расходимся? — выдохнув ароматный клуб дыма, спросил один из мужчин. — Время позднее, а завтра важный день, — его усмешка стала шире, а в тёмных глазах блеснул предвкушающий огонёк.

— Давай, — его приятель взял со стола хрустальный бокал и допил вино. — Ставка?

Породистое лицо мужчины приняло мечтательное выражение.

— На деньги скучно, — небрежно отозвался он, потом пристально посмотрел на партнёра, не переставая улыбаться. — У меня другое предложение…

Выслушав, синеглазый некоторое время молчал, рассматривая друга, а потом вдруг коротко хохотнул и кивнул.

— А знаешь, это будет интересно, — протянул он, мешая карты. — Признаться, я сам думал о чём-то подобном. Отличный подарок малышке будет на помолвку, — он снова усмехнулся, и на дне зрачков мелькнуло странное выражение.

— Раздавай, — темноглазый махнул рукой и стряхнул пепел с сигары.

Карты легли на стол, и игра началась…

— Джефф, а куда ты меня ведёшь? — со смехом спросила я, осторожно нащупывая дорогу перед собой носком туфельки — глаза мне закрывала плотная кружевная повязка.

— Терпение, любовь моя, осталось немного, — раздался голос жениха, и в нём я уловила нотки предвкушения. — Это мой подарок-сюрприз на нашу помолвку.

Сердце затрепетало от этих слов, а голова закружилась сильнее — и из-за выпитого шампанского на вечере, и от нахлынувших эмоций. Я любила сюрпризы, и Джеффри любила, и сегодня был приём, на котором он официально объявил о нашей скорой свадьбе. Душа пела при одной только мысли, и тело становилось лёгким-лёгким. Я выйду замуж за Джеффри Линса! Это невероятно, что один из самых завидных женихов города оказался ещё и лучшим другом моего сводного брата Джонаса и обратил на меня внимание. Последние полгода я жила, как в тумане, сладком, розовом тумане. Прогулки, цветы, подарки, комплименты — Джефф умел очаровывать и ухаживать, и конечно, я влюбилась. И теперь на моём пальце красовалось колечко с красивым крупным сапфиром, а весь город знал, что мы поженимся в ближайшем будущем.

— Ну можно хотя бы повязку снять, я боюсь упасть! — немного капризным голосом спросила я и потянулась к кружеву, но мою руку перехватили.

— Мари, Мари, — укоризненно произнёс Джефф, и в следующую минуту я тихо ойкнула, оказавшись у него на руках. — Вот так точно не упадёшь. И не трогай повязку, а то сюрприза не получится, и я расстроюсь! Ты же не хочешь, чтобы я расстроился, любимая? — чуть понизив голос, выдохнул Джефф мне на ухо, и его губы провели по моему виску.

— Н-нет, — слегка запнувшись, ответила я и послушно сложила руки, не пытаясь больше прикоснуться к кружеву.

Мимолётная ласка вызвала россыпь мурашек по всему телу, а в горле стало сухо. Близость Джеффри волновала несказанно, особенно в последнее время. Жених осмелел, и часто позволял себе не только обнять меня за талию, но и дарил невесомые поцелуи, пока достаточно целомудренные, конечно, и только когда мы оставались одни. Однако эти прикосновения заставляли всё существо замирать от неясного предвкушения, сердце трепетало пойманной бабочкой в груди, и сбивалось дыхание. Как и сейчас. Невозможность видеть обостряла остальные чувства, и особо остро я ощущала тонкий, терпковатый аромат, исходивший от Джеффри, тепло его тела — нас разделяло всего несколько слоёв тонкого муслина моего платья и рубашка жениха. Я прерывисто вздохнула, облизнула пересохшие от волнения губы и сцепила пальцы в длинных кружевных перчатках. Бесполезно пытаться добиться от Джеффа ответа, я уже успела понять, что мой любимый отличался твёрдым характером. Расстраивать и злить его мне тем более не хотелось, ненавижу, когда ругаются.

— Мы почти пришли, — сообщил Джеффри, остановился на мгновение, и я услышала тихий скрип открывающейся двери.