[НЕ]ВЕРНОСТЬ. Что делать, когда не знаешь, что делать

© Краснова Н., 2022

© Уколова А., фото на обложке, 2022

© Шоломова О., иллюстрации, 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2022

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Вся информация, изложенная в книге, является отражением личного мнения автора и не преследует цели оскорбить людей с иной позицией. Позиция редакции не всегда совпадает с мнением авторов.

Наталья Краснова – стендап-комик, писатель, автор пяти абсолютных бестселлеров по практической психологии, суммарный тираж которых более 400 тысяч экземпляров.

Измена. Ни одно слово не вызывает такую бурю негодования у семейных людей, как «измена». Даже слово «развод» многие описывают весьма позитивно: «это шанс стать свободной», «возможность начать все с чистого листа» и даже «шанс встретить настоящую любовь». Но как только я задаю вопрос: «Как вы относитесь к изменам?» – начинается эмоциональный апокалипсис. Это «дно днищенское», «измена – это удел слабаков» и даже «за измены надо кастрировать и стерилизовать». Это все реальные высказывания людей, с которыми я продолжаю (к своему ужасу) общаться.

Как утверждают специалисты (в частности Волкова Н. А.), каждый четвертый случай в практике семейного консультирования связан с изменой. То есть 25 процентов проблем в семье связаны так или иначе с супружеской неверностью. Представляете, какая важная и значимая эта проблема – проблема неверности?

Мы все осуждаем измены. Очень сильно осуждаем! Но продолжаем наслаждаться фильмами, в основе сюжетов которых лежит любовный треугольник: муж-жена-любовник или жена-муж-любовница. И переживаем за бедного молодого Джека, который встретил на «Титанике» помолвленную с другим мужчиной Роуз, и хотим, чтобы они были вместе, и плачем, когда они оказываются не вместе. А за официального жениха Роуз мы вообще не переживаем и мечтаем, чтобы он утонул со всей этой богадельней на верхней палубе. Ну что мы за лицемеры, господа! Как можно осуждать измену, но искренне хотеть счастливого будущего для двух прелюбодеев?

К слову сказать, кинематограф и литература кишмя кишат адюльтерами. В книгах измена если и порицается, то романтизируется до невероятности. Если убрать все измены из художественной литературы, мы потеряем больше половины произведений. «Евгений Онегин» сократится до четверостишья. Роман «Анна Каренина» даже не начнется, потому что Анне незачем будет ехать в Москву к своему брату Стиве, потому что Стива ни разу не изменит своей жене; Анна останется в Питере с мужем, проживет с ним до самой смерти, а Вронский от нефиг делать уедет в Сербию. Пьеса «Отелло» вообще закончится спокойным диалогом:

– Молилась ли ты на ночь, Дездемона?

– Я атеистка, милый.

– Тогда спокойной ночи, любимая.

Измена. Это единственный грех, которому в Библии посвящены две заповеди: согласно одной нельзя предаваться измене, а вторая запрещает даже «возжелать жену ближнего своего». Можно ли желать жену того, кто подальше, – неизвестно. Но полагаю, что тоже нет. Нам как бы на всякий случай повторили дважды, что изменять нельзя. Даже про убийство сказано только один раз: «Убивать людей нельзя, понятно?» И всем людям сразу стало понятно. Видимо, с изменами все было не так просто. Наверное, когда Моисей зачитал все заповеди, люди начали задавать вопросы. Мол, а если ментально изменять, то это можно или лучше поостеречься? Или по Интернету, по Интернету можно изменять? Вероятно, Моисей даже нахмурился и напомнил, что Интернета еще не изобрели. Потому что если бы Интернет был, то все заповеди бы он скинул через «Вотсап» или «Вайбер». А так – слушайте и запоминайте: изменять нельзя! И люди согласились не нарушать заповеди. И после этого нарушали.

Измена не всегда была «плохой». Например, в определенные времена измена стала наделяться романтическими чувствами. Например, историк Стефани Кунц замечает, что, когда брак был преимущественно экономическим союзом, только измена порой и давала шанс на любовь. В те времена измена была синонимом любви. «В большинстве обществ существовала идея романтической любви, этой комбинации сексуальной страсти, влюбленности и романтизации партнера, – пишет она. – Однако очень часто все это считалось неприемлемым в браке. Поскольку он был политическим, экономическим и стратегическим союзом, многие полагали, что истинная, незапятнанная любовь может существовать только вне брака». Измена была синонимом любви, но даже тогда она осуждалась.