Неужели любовь?

Ах, Амелия, что же ты делаешь со мной! — с досадой думала Пола, прилежно улыбаясь гостям и здороваясь с теми, кого еще не видела сегодня. При этом она время от времени незаметно поглядывала краем глаза направо, в высокое венецианское зеркало, отражавшее и ее саму, и весь зал. На себя Поле смотреть не хотелось, а из всех собравшихся ее интересовал только один человек. К счастью, его легко было выделить среди остальных, потому что он был самым высоким мужчиной в зале.

Нынче вечером, едва оказавшись в доме отца, Фреда Канингема, Пола поняла, что угодила в тщательно подготовленную ловушку. Уютный домашний ужин, обещанный молодой женой Фреда, Амелией, на самом деле оказался с размахом устроенным великосветским раутом. Войдя в гостиную, Пола неожиданно очутилась среди большого количества мужчин в смокингах, дам в дорогих нарядах и сверкающих брильянтах, а также множества сноровисто снующих в толпе официантов в черных галстуках-бабочках.

В ту же секунду в душу Полы закралось подозрение о присутствии здесь очередного кандидата, приглашенного с тем расчетом, что с его помощью удастся сбыть с рук ее, засидевшуюся в девицах дурнушку, единственную дочку известного всей Америке папаши-миллионера. Ради этого Амелия и устроила нынешний роскошный прием. Идея выдать наконец Полу замуж заставляла жену Фреда Канингема неустанно плести паутину интриг в надежде, что в один прекрасный момент в хитросплетении волокон запутаются двое: излишне погруженная в собственный бизнес Пола и какой-нибудь подходящий по общественному статусу претендент на ее руку и сердце. Разумеется, все это делалось из благих побуждений. Амелии искренне хотелось устроить судьбу дочери своего обожаемого супруга.

И какого же красавца она выбрала на сей раз! Пола распознала его среди гостей, едва за ней закрылась дверь огромной гостиной. Он беседовал с ее отцом. Оба стояли у камина на другом конце зала, но одновременно повернули головы, как только Пола вошла.

В тот же миг она забыла и о коварной Амелии, и об отце, и вообще обо всех присутствующих.

Он был высок и обладал сдержанной, истинно мужской красотой, в которой отсутствовал малейший намек на приторность. Напротив, осознавая свою привлекательность, он держался с оттенком иронии, что, несомненно, свидетельствовало о его уме. Но не от этого у Полы перехватило дыхание. Выражение его лица — вот что заставило ее на миг застыть на месте. Оно являлось вопиющим свидетельством того, что его обладателю неведомо поражение на любовном фронте. Пожелав покорить женщину, он сделает это с первой попытки.

Подобное выражение Пола научилась узнавать на собственном печальном опыте. С владельцами сходной физиономии она встречалась — и неизменно терпела неудачу при попытке произвести на них хоть какое-то впечатление — со времен самого первого устроенного Амелией коктейля, на котором та попыталась познакомить дочку своего супруга с кругом лиц, объединенных определением «милые люди». Милые — в ее понимании, разумеется.

Отец явно поджидал Полу, тем временем развлекая человека, с которым ей предстояло сегодня познакомиться. Таковы были инструкции Амелии, тут даже гадать нечего. Вот он что-то сказал своему рослому собеседнику и улыбнулся с облегчением, словно сбросив груз с плеч.

Наверняка подумал, что я сообразила, какие события здесь разворачиваются, и решил умыть руки. А догадаться мне следовало с самого начала. И как это меня угораздило в очередной раз попасться в ловушку?

Днем, беседуя с Полой по телефону, Амелия держалась непринужденно, так что трудно было что-то заподозрить.

— Приходи на ужин, дорогая, — сказала она. — Ты давненько к нам не заглядывала.

И Пола, собиравшаяся уходить и ответившая на звонок, практически стоя одной ногой на пороге, легко согласилась.

— Ладно. В котором часу зайти?

Вот так и оказалась она, слишком высокая и нескладная, в извечном строгом деловом костюме, среди расфуфыренных представителей нью-йоркской элиты. Мало того, по дороге Пола угодила под дождь, и сейчас с ее промокших темных волос стекали за шиворот холодные капли.

В очередной раз искоса взглянув в зеркало, она с досадой увидела, что собеседник отца прокладывает себе путь среди толпы, направляясь на выручку неуклюжей дочери Фреда Канингема, которая на самом деле в этом совершено не нуждалась.

Поздравляю, тебе вновь представился случай незабываемо провести чудный вечер пятницы! — хмуро подумала Пола. Настроение у нее настолько испортилось, что впору было завыть с тоски.

Она повернулась навстречу приближающейся высокой личности. Подобно другим мужчинам, «кандидат» был одет официально, но, в отличие от остальных, не в смокинг, а в черный шелковый пиджак с воротником-стойкой, тускло поблескивающий в пламени множества свечей. Чудесного кроя брюки идеально сидели на нем, подчеркивая стройность узких бедер и длину ног. Все это, вкупе с несколько скошенными книзу и придававшими лицу выражение возвышенной грусти внешними уголками глаз, образовывало вокруг незнакомца экзотическую и в каком-то смысле опасную ауру.