Неукротимое желание

Единственная женщина во всем мире держала в своих руках ключ к сохранению жизни на Земле.

И они потеряли ее.

Раса Териин называли ее Радиан, ибо именно через нее природа направляла энергию к ее защитникам, Диким Воинам, чтобы они могли выслеживать и убивать остатки Дименов, дредэнов, прежде чем те вытянули жизнь из Териин и людей. В свою очередь, Дикие Воины защищали Радиан ценой своих жизней.

Что было чертовски трудно сделать, поскольку они не знали, где она и кто она.

Лион поморщился, ведя восемь своих воинов по темной, каменистой тропе ввысь, туда где начинался водопад бурной и опасной реки Потомак [1]. Дьявол, они потеряли двух Радианов. Предыдущая умерла. Новая, та, которую Богиня отметила на замену предыдущей, так и не объявилась. И положение становилось ужасным.

Босыми ногами Лион ощущал холодные камни, когда, сойдя с тропы, он начал спускаться к скале Богини, одетый лишь в шелковую рубашку и джинсы. На случай нападения дредэнов он держал в каждой руке по смертельному выкидному ножу.

Свечение полной луны, цепляясь за кромку воды, откидывало сверкающие осколки света в ночной воздух.

– Что, черт подери, мы делаем тут в три утра? – Тон Джага, как и всегда, был вызывающим.

Глубоко в горле Лиона раздался гневный рык, звук раздраженного льва. Кем он и являлся по сути.

Джагу не было дела ни до кого из них, и это чувство было более чем взаимно. Лион бросил взгляд на воина, замечая знакомую воинственность в глазах Джага и циничную усмешку, растянувшую его губы.

В камуфляжных штанах и зеленой армейской футболке, Джаг слишком буквально взял на себя роль воина.

Никто из Диких ни одного дня не прослужил в армии Соединенных Штатов. Как правило, они сторонились всего человеческого.

– Ты что, язык проглотил? – подколол Джаг.

– Как по-твоему, что мы делаем здесь в этот час? Будим звериную силу. – Лион прыгнул вниз на дорогу, которую искал, Джаг последовал за ним.

– Так ты тащишь нас сюда среди ночи, потому что ты, могущественный предводитель, не можешь выполнить свою работу?

Лион разрывался между самоконтролем и яростной жестокостью, его звериные инстинкты требовали разорвать мудаку горло. Контроль, который и так трещал по швам от их все более усугубляющейся ситуации, сломался.

За мгновение до появления когтей, кончики пальцев слегка обожгло. С рычанием он взял оба ножа в одну руку, развернулся и вонзил когти другой руки в горло воина, придавливая его к скале.

По горлу Джага струилась кровь, но в глазах не было страха, лишь искорка злорадства от того, что довел Лиона до предела. Даже если Лион слетит с катушек, он с трудом решится по-настоящему навредить Джагу.

В физическом плане они схожи, перевертышам не так просто нанести реальный ущерб.

Он хотел вернуть колкости Джагу и поставить угрюмого воина на место. Но сложность была в том, что он не мог. Джаг прав. Лион провалил свое задание найти Радиана.

Рыча и огрызаясь, он отпустил Джага и отодвинулся, пряча когти. Пока Лион спускался к скале богини, каждый мускул в его теле вибрировал от разочарования.

В течение пары месяцев после смерти предыдущей Радиан какая-нибудь из женщин Териин должна была проснуться с меткой в виде давно зажившего шрама на груди. Меткой в виде следа когтей, четыре дюйма длиной.

Метка избранной.

Это была работа Лиона – найти ее и помочь вознестись к силе, чтобы пополнять запас энергии и поддерживать всех Диких Воинов. Как ищейка, Лион был единственным, кто обладал способностями, чтобы отыскать ее.

Он выжидал, понимая, что метка не могла появиться сразу. Но прошло уже слишком много времени.

Единственное, что он мог предположить – Радиан находилась вне диапазона его человеческих чувств. Хуже того, его сила Дикого Воина упала до уровня, когда Лион не мог заглянуть глубже и открыть первобытную силу, ту, что принадлежала зверю внутри него.

Без Радиана, которая должна была пополнить запас их сил, Дикие Воины, защитники расы Териин и последние из истинных перевертышей, слабели с каждым днем.

За исключением редких демонстраций клыков, когтей и звериных глаз, все они потеряли способность перекидываться. С каждым восходом солнца способность Лиона найти женщину убывала.

Оставался единственный шанс. Сегодня вечером.

К нему подошел Вайпер. Его лысая голова тускло поблескивала в лунном свете, а из правого уха свисала сережка.

– Что скажешь, может, разведем костер и поджарим зефир, пока мы тут? Можем послать детеныша домой за зефиром, печеньем и маленькими плитками шоколада.

Лион бросил на мужчину унылый взгляд.

– Вайп, ты идиот. – Короткие белые волосы Тая мерцали в свете луны, когда он положил свою руку на плечи Вайпера как старый приятель, в непринужденной манере всех перевертышей.

Именно эту непринужденность Лион и не мог понять.

– Давайте закончим с этим.

– Мы и в самом деле собираемся пустить себе кровь? – Взъерошенные рыжие волосы Фокса падали на бледное лицо, усеянное веснушками. Самый младший из диких, он демонстрировал удивительную силу, и, когда повзрослеет, перед ним откроются большие перспективы.