(не)свобода Сергея Лебеденко. Рецензия

Наверное, я бы не узнал об этой книге, если бы не был подписан на Телеграм канал автора «Книгижарь». Я, к сожалению, не так много читаю художественной литературы. Ну а если читаю, то стараюсь выбирать знаковые вещи. Несвобода, безусловно, привлекла внимание своим названием. Я очень надеялся, что за знаковым названием не менее значительное произведение.

Прочитал и расстроился. Название задаёт некий программный тон и, наверное, несколько завышает планку ожиданий. За безусловно негативным заголовком надеешься в глубине души увидеть всё-таки песнь во имя свободы. Ну или ладно, манифест. Хотя бы на уровне идеи и подтекста. Как бы пафосно это ни звучало.

Но увы. Автор ограничивается наглядной демонстрацией известных и очевидных несвобод.

Меня всегда смущает цель подобных высказываний, в которых констатация негатива присутствует, да, но на этом послание обрывается. И даже нет приписки «продолжение следует». Изобличение? Навряд ли сыщется столь наивный читатель, который до сих пор не в курсе. Маркировка? Что бы, не дай бог, никто не забыл, не перепутал в какой именно стране живёт, и что он называет Родиной. Тут я уже возможно притягиваю и домысливаю. В книге же отрыв от частной истории в какие-то более верхние слои не прослеживается. Хотя сама история старательно обобщается.

Возвращаясь к «маркировке», вспоминается сразу «Нелюбовь» из-за похожих сконструированных названий. Нелюбовь при этом несёт, на мой взгляд, важное предостерегающее послание. Обозначает некое крайнее состояние ярко и болезненно – так, что многих проймет и, быть может, убережёт.

Несвободу, если в таком же ракурсе рассматривать, то, наверное, она могла бы предостерегать целую страну. Но у такого послания явная проблема с адресатом. Даже если написать мощнее и пронзительнее, думаю, не сработает. И что же теперь даже пытаться не надо?

Нет, надо. Конечно, надо. И мощнее и пронзительнее.

Не буду вдаваться в качества самого текста и языка. К этим составляющим у меня довольно много вопросов. В длинной версии можно посмотреть, если осилите.

Что касается собственно истории, то она здесь скорее в качестве повода для демонстрации. Интересной мне она не показалась, но она есть. Есть даже определенная динамика. Однако явная схематичность работает не в плюс. Схематичность при этом по ощущениям какая-то весьма шаткая и неубедительная. Обилие персонажей с одной стороны рушит динамику, а с другой загромождает собственно высказывание. Хотя, поскольку высказывание остаётся в рамках иллюстрации названия, сильно ему это не вредит.

Персонажей явный перебор. Новые продолжают появляться уже даже во второй половине Несвободы.

И мне показалось, им тесновато. Они слабо проявлены и я сомневаюсь в том, что они действительно необходимы в таком количестве. Не покидает ощущение случайности этого, с позволения сказать, кастинга. Будто автор случайно оказался в этой толпе персонажей. Они его обступили, сурово посмотрели и, хочешь не хочешь, надо всех задействовать. Тоже, видимо, несвобода своего толка.

Случайность, или точнее, размытая целесообразность для меня возможно главная претензия к Несвободе. Тема высказывания ясна. Персонажи тоже вроде бы отсортированы тематически. Однако в целом выглядит это набором разрозненных микроконтекстов. Они да, объединены казалось бы общей несвободой, отраженной в каждом. Но вклад многих в центральную историю настолько незначителен и даже, наверное, факультативен. Полагаю, при делении числа персонажей, скажем на два, история бы точно не пострадала. А сами персонажи появилась бы возможность глубже проявить и извлечь более мощный эмоциональный эффект.

«Увидев свое отражение в зеркале, Марина поняла, что у воротника ее мантии оторвалась пуговица.»

Стоп. Зацепился. Да ну, я необъективен. Предвзятость, она такая, играет злые шутки. Вот цепляюсь к избыточности фразы. Ещё ведь почти ничего не прочитал, но уже цепляюсь. Ну это, в конце концов, же право автора. Да, и на избыточность тоже. И на протест – почему нет – название на него явно намекает. Может, мне протест этот покоя не даёт? Ладно, проехали.

Я начал читать роман Сергея Лебеденко о несвободе, как Вы уже поняли с некоторым предубеждением. И с первых страниц у меня внутри началась борьба этого предубеждения и желания абстрагироваться от него. Проиллюстрировал чуть выше, но решил, что в объективности не будет проку. Поскольку объективности не может быть в принципе. А изображать очередную натужную попытку мне не захотелось. Поэтому всё, что ниже, это мои впечатления через призму моего же предубеждения. Признаюсь, я его даже усугубил для большей яркости. Может показаться запальчивым и даже крикливым. Но это ничего, пусть.