Не совсем запад

С едва сдерживаемым волнением я распахнул ворота старого гаража, сел за руль не менее древнего Жигуля и повернул ключ зажигания. Шутка ли сказать — мой первый самостоятельный выезд. «Четвёрка» завелась сразу — не зря время на регулировку клапанов и зажигания потратил! Дождавшись, когда двигатель прогреется, убрал «подсос» и медленно выкатился из бокса. На выезде из гаражного кооператива рабочие поставили ограждение, открыли люк и тянули кабель. Аккуратно объехав неожиданное препятствие, сам обрадовался, как хорошо получается!

Вдоволь покатавшись по пустырю между разросшихся кустов и куч мусора, я уже собирался ехать обратно, как вдруг после очередного поворота увидел раненого человека, лежащего без одежды поперёк дороги. Сердце у меня заколотилось со скоростью отбойного молотка, кровь хлынула к лицу, а в голове начали мельтешить тревожные мысли: «Во, влип! Что же делать? Вызывать ментов? Но у меня нет прав, а машина оформлена вообще на маминого брата. Самому везти в больницу? Тоже заметут! Хоть мне почти семнадцать, но выгляжу всего на пятнадцать. На первом посту остановят».

А всё началось с заваленного ЕГЭ. Хоть формально школу мне закончить удалось, но набранных баллов для поступления в институт не хватало. Как такое случилось, сложно сказать, ведь и учился хорошо, и готовился. Наверное, переволновался и во время теста по профильной физике начал «тупить», отчего не успел ответить на все вопросы. Обещанная мамой поездка на море обломалась, и чтобы пересдать, весь следующий учебный год мне предстояло заниматься с репетиторами.

Но у горькой пилюли нашлась и сладкая сторона. Старший брат мамы, дядя Коля, презентовал мне древнюю машину — ВАЗ-2104 почти сорокалетней давности. Не смог после инсульта сам водить и уж тем более ремонтировать свой «жигуль», потому и решил подарить племяннику. Понятно, что не совсем задаром, придётся мне возить родственника на дачу и по другим делам, но уж лучше так, чем совсем без машины! Переоформлять документы он пока не стал, так как мне ещё не исполнилось восемнадцати, а просто отдал ключи, благо гараж находился всего в километре от моего дома.

Закончив со школьными делами, я целыми днями пропадал под машиной, реанимируя старую рухлядь. Экзамены в ГАИ мне удалось сдать ещё прошлым летом, но официально получить права можно только после восемнадцати. Что в переводе на нормальный язык означало: доступны поездки по бездорожью в безлюдной местности, и то, если не поймают менты. Долго мне пришлось перебирать старую машину в ожидании радостного дня и, наконец, долгожданный час пробного выезда на пустырь за гаражами настал… И очень быстро закончился.

Заглушив двигатель и поставив машину на «ручник», я подошёл к потерпевшему и вдруг узнал в нём Витьку из нашего двора. Нельзя сказать, что мы дружили. Хоть жили рядом и учились в одном классе, но между собой поддерживали нейтралитет. Он с детства рос мальчишкой задиристым и гонористым, а ещё любил всех подкалывать и говорить гадости. Правда, когда начиналась вражда с другими дворами, за своих ребят всегда вписывался, от драк не отлынивал.

А перед экзаменами мы чуть не сцепились из-за его дурного характера. Тогда он в запале заявил, что скоро получит невероятные возможности. И даже станет «держать вышку в городе». Наверняка связался с бандитами, и «получил на пальмовой набережной всё, что ему причиталось». Так, вроде, говорилось в одной книжке про пиратов.

Витька открыл глаза, тоже узнал меня и прошептал:

— Вован, помоги!

Дурацкое прозвище, но у нас во дворе жило пять Вовочек, не считая мелюзги, потому и звали всех по-разному, чтобы не путаться. Мне ещё не самый плохой вариант достался. Витька попытался пошевелиться, и только сейчас я заметил, что у одноклассника отрублена кисть правой руки, а культя замотана куском провода.

— Да, конечно, моментом скорую вызову.

— Не вздумай! — вдруг резко повысил голос он. — Врачи не помогут. Мне сейчас надо спрятаться, а потом потребуется один ящик из моей квартиры.

Пару секунд посомневавшись: вызвать скорую или помочь укрыться от бандюков, остановился на втором варианте.

— Могу отвезти к себе в гараж.

— У него крыша железная или из рубероида?

Подумав, что Витька бредит после потери крови, спорить не стал:

— Стальные листы, а сверху гудроном покрыты.

— Сойдёт. Помоги сесть в машину. Извини, что в таком виде. Потом объясню.

Первый раз за всю жизнь, сколько его помню, он попросил у кого-то прощения, хотя говорят, что беда человека сильно меняет.

Пока мы ехали, Витька не проронил ни слова, только зубы сжимал и «нянчил» покалеченную руку. Я попытался представить себе, каково стать инвалидом в семнадцать лет, даже толком ещё не пожив, и у меня от ужаса по коже побежали мурашки.

Когда заехали в гараж, одноклассник вдруг заговорил о нашей последней стычке:

— Помнишь, как мы чуть не подрались, и я сказал, что обрету силу?

— Да, но зла не держу. Тебе надо в больницу, а то гангрена начнётся.