Несносная невеста ректора академии драконов

Пролог

Ральф Асвид хмуро смотрел на дочь, в её чистые невинные фиалковые, как у матери глаза и думал, что ослышался.

– Что ты решила? – вкрадчиво переспросил он.

Дочь облизала губы и глубоко вдохнула.

– Я хочу учиться, пап. В Драгхаре. Ты же всегда мечтал, чтобы твой сын…

– Но ты не сын, – фальшиво улыбнувшись, напомнил Ральф. В груди поднималась ярость. – Ты девушка, Мэй. И я спешу напомнить, что сила драконорожденных передаётся по мужской линии, не по женской. Так что ты забыла в Драгхаре?

Дочь обиженно выпятила губы, наморщив свой хорошенький нос.

– Тут ты прав, мальчиком я никогда не стану. И силы во мне капли три, не больше. Но! – выразительно воскликнула она, подняв вверх указательный палец. – В Драгхаре, наконец, открыли факультет для девушек-драконорожденных. Алхимический. Разве не здорово? Я могу поступить.

У Ральфа дёрнулось веко.

– Ты с ума сошла? – спросил он глухо. Сила рванулась наружу, желая смести нахалку вместе с креслом. Что она себе позволяет? Откуда эти бредни в её хорошенькой головке?! – Моя дочь. Никогда. Не станет. Алхимиком. – Выплюнул он по словам и сжал гранёный стакан в руке с такой силой, что треснуло стекло.

– Но почему?! – обиженно воскликнула Мэй. – Ты всегда мечтал о сыне, а я чувствовала себя бесполезной и никчёмной. И тут у меня появился шанс принести пользу империи, и ты против?!

Ральф выпустил стакан из хватки и брезгливо отряхнул руки.

– Ты… красивая и умная, из благородного древнего рода. Тебе не нужно учиться. Дочь-алхимик… какой позор… – обречённо простонал он, откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза ладонью. – Я слишком сильно баловал тебя… предоставил свободу… и вот результат. Это наказание мне за слабость…

– Да что ты такое говоришь… – недовольно проворчала Мэй. – Ты не думаешь, что мне неприятно слышать подобное? Я хочу учиться. Хочу быть… не просто красивой и умной из знатного рода. Хочу стать кем-то… Кем-то большим.

Ральф убрал от лица руку, впился в несносную дочь мрачным взглядом.

– Это всё влияние Люси. Её сказки задурили тебе голову! А я… глупец!.. позволял ей пудрить тебе мозги. Единственный ребёнок, как же… Нужно было выдать тебя за графа Олвуда, когда тот просил тво… точно! – воскликнул он, подпрыгнув в кресле и звучно шлёпнув ладонями по столу. – Я выдам тебя замуж! Ты уже как три года достигла брачного возраста. Больше я не стану идти у тебя на поводу, – пригрозил красноречиво. – На днях приходил мой давний ученик, мой добрый друг. Уж у него-то и выправка военная и… а я ещё сомневался, давать согласие на ваш брак или нет. Вот старый осёл! Нужно было немедля составить брачный договор!

Мэй побледнела.

– Ты… ты не поступишь так со мной.

– О! Ещё как поступлю! – разгорячённо воскликнул герцог Асвид, подскакивая с места. – Через неделю устроим помолвку и сообщим всему высшему свету, что моя несносная дочь, наконец, выходит замуж!

В глазах Мэй задрожали слёзы.

Герцог выпрямился, расстегнул верхнюю пуговицу камзола…

Слезы дочери всегда вызывали в нём жалость и чувство вины. И Ральф Асвид прекрасно знал об этом. Знал, но пытался бороться со своей слабостью. Со своей чрезмерной любовью к дочери, которая и привела его к беде…

Ещё одного алхимика он не переживёт. Потерять не только супругу, но и дочь… За что Пресветлые так несправедливы к нему?

– Разговор закончен. Больше никаких дискуссий на эту тему. Отправляйся в покои, приведи себя в порядок и можешь начинать готовиться. Дам приём на следующей неделе. Озаботься, чтобы модистка успела пошить платье. Ты должна блистать и вызвать восхищение в глазах жениха, стать ему достойной партией, – как можно строже произнёс он, внутренне борясь с самим собой.

Так хотелось обнять дочь. Как раньше. Покачать на коленях, почитать о похождениях Глупого рыцаря или отправиться на конную прогулку. Вместе…

Ну вот зачем ей учиться? К чему подвергать себя опасности?

– Это моё последнее слово. Ступай, – велел нахмурившись, и указал на дверь.

– Будь мама жива, она бы не одобрила твоего самодурства… – внезапно зло выпалила Мэй, вставая с кресла.

– Что?! – изумлённо воскликнул Ральф. – Ах ты!.. – он схватил со стола пачку документов и замахнулся ими. – Нахалка! Убирайся к себе! Что б глаза мои тебя не видели!

– Как прикажете, папенька, – едко процедила негодница и бросилась за дверь кабинета.

Ральф обессиленно рухнул в кресло, хватаясь за грудь. На лбу выступила испарина.

– Вот дурная… – выплюнул в сердцах. – В могилу меня сведёт…

Налил себе воды в треснувший стакан, а после достал из ящика бумагу и принялся составлять письмо для Виктора.

Ральф не хотел выпускать дочь из-под родительского крыла, не видел её примерной чей-то женой и не думал о том, чтобы выдавать её замуж. Ещё пару лет можно было потянуть, потом бы всё равно за ней выстроилась вереница желающих сродниться с великим герцогом. Но…

… негодница решила учиться.

– Только через мой труп… – процедил он, облизнув кончик пера.