Несмотря на запреты

Смотрю на незнакомый номер, вот уже пятый раз за последний час, звонящий на мой сотовый, и не решаюсь принять вызов. Сердцем чувствую — не к добру. Переворачиваю телефон экраном вниз и возвращаю взгляд на монитор, только сконцентрироваться на графиках и расписании никак не выходит.

— Алиса! — выдергивая меня из задумчивости оживает селектор. Недовольный голос шефа звучит особенно раздраженно. — Где отчёт?! Ко мне уже поднимаются!

— Уже несу! — подрываюсь с места и с папкой в руках спешу к мужчине. Шеф у меня малоприятный: невысокий колобок, с вечно зализанными назад рыжими волосами и вываливающимся из штанов пузом. Мы с девчонками его так и называем — пончик. Колобок просто чересчур очевидно. Но другой работы нет, а тут платят исправно, не домагиваются, не урезают оклад, поэтому и держусь за это место. Оно мне крайне важно!

Петр Сергеевич просил подготовить документы сорок минут назад, ждёт какого-то важного гостя, а я за своими мыслями чуть все не проморгала. Никак не могу научиться оставлять личные проблемы за дверью кабинета! Только начинает получаться, как эти самые проблемы появляются вновь. Вот как сегодня! Ведь я нутром чувствую — Макс снова попал в неприятности. Когда же он успокоится? И что для этого должно произойти?

С невеселыми мыслями быстрым шагом пересекаю небольшой холл, отделяющий мой стол от кабинета начальства. Тороплюсь настолько, что перед кабинетом чуть не забываю одернуть задравшуюся от быстрой ходьбы юбку. Вовремя спохватываюсь, открываю дверь.

— Петр Сергеевич, — делаю шаг в кабинет, но каблук попадает в щель для дверного замка, и я падаю плашмя, приземляясь коленями в толстый ворс. Хорошо, что не на пол! Бумаги разлетаются по красивому дорогому ковру, можно бесконечно долго любоваться полетом, их приземлению, но колени болят, руки трясутся от страха, на шефа боюсь поднять глаза. Страшно до колик!

— Немедленно все собирай! — зло рычит начальник и в его голосе я слышу угрозу. Кажется, меня уволят. Гоню прочь дурные мысли. Срочно нужно все собрать! Совершенно не заботясь о том, как выгляжу со стороны, опускаюсь на колени и начинаю ползать на корточках в узкой черной юбке, которая так и норовит забраться до поясницы. Собираю разлетевшиеся в разные стороны документы, больно режусь о край листа, тихонько ругаясь, слизывая капли крови со среднего пальца.

— Петр Сергее… — мужчина, желающий войти в кабинет резко замолкает, увидев меня, стоящую на четвереньках на полу с пальцем во рту. Странная картина. Согласна.

Поднимаю на посетителя перепуганные глаза и забываю, как дышать. Только не это! Гостем моего начальника оказывается крайне влиятельный человек, который славится на всю округу своей жестокостью и любовью к молоденьким девушкам. Тут же отдергиваю руку, юбку, быстро привожу себя в порядок. Вид, в котором я предстала перед влиятельным и до безобразия богатым мужчиной вызывает жар на щеках.

— Мне долго ждать? — раздражаясь ещё сильнее торопит начальник. Опускаю голову вниз, начинаю судорожно собирать бумажки. Нет бы помог! Урод!

Сидеть в кресле и выпендриваться проще всего! Конечно ж, виноватым себя не считает! Но вот только кто эту форму одежды ввёл? Кто заставляет всех сотрудниц на тонюсеньких шпильках ходить? Кто никак не выделит денег позвать специалистов и перенести замок? Уж явно не я! Но и с личного промаха ответственность не снимаю…

Ругаю себя последними словами. Шефа, естественно, матерю в придачу. Бумаги возвращаются в стопку слишком медленно. Тянусь рукой к той, что улетела под стул. Ещё немного, ещё чуть-чуть и… Мою руку сверху накрывает мужская ладонь.

— Я вам помогу, — произносит статный мужчина, присаживаясь рядом со мной. Его тон требует беспрекословного подчинения, его статус не позволяет перечить, его властность подминает под себя. Он протягивает мне злосчастный лист, наши пальцы на миг соприкасаются, я отдергиваю руку, словно обожглась.

— Спасибо, — смущённо благодарю мужчину, вместо ответа он слегка кивает головой. Встаёт, протягивает руку, чтобы помочь подняться, но мне настолько неудобно и стыдно, что я делаю вид, что не замечаю его джентльменского жеста.

— Вот ваш отчет, — кладу несчастную папку на стол Петру Сергеевичу, она с грохотом приземляется, шеф опять зол. Мда… Не везёт, так не везёт. Надеваю на лицо деловую улыбку, разворачиваюсь к посетителю, миролюбиво интересуюсь:

— Чай? Кофе? — спрашиваю у гостя. От усердия сводит скулы, улыбка напоминает больше звериный оскал, верхняя губа начинает не сильно трястись. Со стороны выгляжу, наверное, ужасно, но делать нечего — слишком влиятельный человек сидит передо мной, да и эта работа мне крайне нужна.

— Воду, — лаконично отвечает мужчина, равнодушно осматривает моё тело и отворачивается к шефу.