Не было счастья, да несчастье помогло

Веста сидела на работе, сердито сдвинув брови и кусая ручку. Дурацкая привычка грызть ручку осталась еще c университетских времен. Университетские привычки прочно укрепились, не так просто от них избавиться. Веста работала только первый год, в одной из газет столицы, в отделе «Криминальная хроника». В тайне она мечтает раскрыть какое-то запутанное преступление, изобличить виновника, написать об этом и прославиться. Веста поморщилась.

– Прославишься тут, как же! – с досадой подумала она. Редактор отдела не дает ей серьезных, сенсационных дел, считает ее совсем «зеленой». – А как бы хотелось ввязаться в расследование, и чтобы помощником оказался красавец полицейский, капитан, или нет, майор, – размечталась Веста. – Совмещу приятное с полезным. Давно пора завести любовный роман, но подходящий объект почему-то никак не вырисовывался на горизонте.

Веста прекрасно представляла свой будущий объект обожания. Он должен быть, во-первых, высоким, не ниже метр восемьдесят шесть, во-вторых, брюнет с ясными, карими глазами. Можно, конечно, и с синими или голубыми, но карие все-таки предпочтительнее, и с мужественным подбородком. А в-третьих, он должен быть благородным и любить ее. Веста вздохнула. И где такого найти? Сейчас благородные мужики совсем перевелись. Если благородный, то какой-нибудь «калечный», если классный – обязательно бабник. Вот взять, к примеру, их редакцию. Мужики в основном женатые. С женатиками Веста не желает иметь никаких дел. А неженатые все как на подбор лысые и плюгавые. Она украдкой бросила взгляд на Мишу Шихмана, который сидел за соседним столом: худенький, даже какой-то тщедушный, с огромными, оттопыренными ушами и большой залысиной. Миша усердно набирал текст новой статьи и смешно шевелил губами. Заметив на себе Вестин взгляд, оторвался от компьютера и радостно улыбнулся ей.

– Нет, вообще-то Мишка, конечно, хороший, – с жалостью подумала Веста. – «Но не орел!», как говорила Нонна Мордюкова в каком-то старом фильме, Веста даже не помнит в каком, но что фраза стала крылатой и всенародно любимой, помнит.

Напротив Шихмана сидит Генка Севастьянов: невероятный красавчик и невероятный бабник. В редакции не было ни одной мало-мальски симпатичной девушки, к которой бы Генка не подкатывал. Когда Веста появилась в редакции, первую неделю он не давал ей прохода. Закончилось это тем, что после работы, когда Веста задержалась, он пытался заволочь ее в угол, за шкаф, чтобы там преподать ей уроки любви. Но она не растерялась, так двинула ему коленом в определенное место, что он не только отпустил ее, но и согнулся пополам от боли. Теперь они заклятые враги. Генка игнорирует Весту, но иногда она ловит на себе его полный ненависти взгляд. Посередине комнаты сидит Петр Иванович Найда: тридцатипятилетний, ведущий журналист с большим опытом работы, двумя детьми, погодками и сварливой женой, домохозяйкой. Понятно, что этот вариант тоже никак не устраивает Весту. В других отделах положение не лучше. И вообще, красивых мужиков в редакции кроме Генки Севастьянова нет. А так хочется красивого! Единственный достойный внимания мужчина – это их начальник, Петров Валерий Федорович. Но и этот вариант Веста сразу же отмела, несмотря на очень привлекательную внешность, профессионализм, и даже необыкновенную харизму. Он уже двадцать лет благополучно женат, что не мешает ему менять любовниц раз в полгода. На Весту он смотрит с удовольствием и таким мужским взглядом, что при встрече с ним хочется провалиться сквозь землю.

– Двадцать один год и еще никаких романов! – с отчаяньем думала Веста, продолжая сосредоточенно грызть ручку. – Черт-те что! Так недолго и в старых девах остаться.

Солнечный зайчик отразился от оконного стекла, быстро побежал по стене, и Веста с интересом проследила за его передвижением.

– Если Солнечный зайчик коснется моего лица, у меня скоро будет сногсшибательный роман, который закончится свадьбой, – неожиданно загадала она.

Зайчик скользнул по поверхности стола, по монитору компьютера и задержался у Весты на лице, пришлось даже прищуриться, длинные, черные ресницы соединились в линию, а сердце предательски сжалось от предчувствия скорого счастья. В комнату заглянула веселая секретарша Лина. Она улыбнулась Весте. Солнечный зайчик испуганно убежал.

– Огарева, на выход, к начальнику, – громко оповестила она и подмигнула Весте.

– С вещами? – скромно осведомилась Веста. К начальнику идти ох, как не хотелось. Сейчас опять начнет пялится и пошло шутить, а дело все равно не поручит. Веста тяжело вздохнула. Несмотря на свою молодость, она прекрасно понимала эти далеко обещающие взгляды редактора отдела.

Лина фыркнула.