Непутевый ученик в школе магии 17: Конференция главных кланов (Часть 1)

Над переводом работала команда RuRa-team

Перевод с английского: Akdotu

Редактура: Blanka

Самый свежий перевод всегда можно найти на сайте нашего проекта:

http://ruranobe.ru

Чтобы оставаться в курсе всех новостей, вступайте в нашу группу в Контакте:

http://vk.com/ru.ranobe

Для желающих отблагодарить переводчика материально имеются webmoney-кошельки команды:

R125820793397

U911921912420

Z608138208963

QIWI-кошелек:

+79116857099

Яндекс-деньги:

410012692832515

PayPal:

paypal@ruranobe.ru

А также счет для перевода с кредитных карт:

4890 4945 8231 3128

Любое распространение перевода за пределами нашего сайта запрещено. Если вы скачали файл на другом сайте - вы поддержали воров

Версия от 10.12.2016

Любое коммерческое использование данного текста или его фрагментов запрещено

Второе января 2097 года. Новости, распространённые Магической ассоциацией в самом начале года, потрясли некоторые заинтересованные стороны.

Глава одного из Десяти главных кланов, Йоцуба Мая из семьи Йоцуба, сделала заявление.

В нём говорилось об избрании преемницы Йоцубы, а также о её помолвке.

Это значило, что семья Йоцуба переходит к следующему поколению. Шибу Миюки назвали следующей главой, и, неожиданно, Шибу Тацую — её женихом. Обе новости стали главными событиями в новой эпохе японского магического общества.

Однако они принесли не только надежду «новой эпохи», но и тревогу и потрясение тем, кто знал Тацую и Миюки, которые не только скрывали свою связь с Йоцубой (в некотором смысле), но и оказались ненастоящими братом и сестрой. Это поразило всех как гром среди ясного неба.

Изумление не обошло стороной и старшего сына семьи Итидзё из Десяти главных кланов, Итидзё Масаки.

Второе января, четыре часа дня. Масаки как раз вернулся с новогоднего обряда, и отец вызвал его к себе.

Его отец редко бывал дома в такое время. Обычно он занимался делами официального прикрытия семьи — компании по добыче ресурсов со дна моря. В другое же время наблюдал за тренировками волшебников, что обучались в семье. Так что он всегда возвращался домой вечером, к ужину. Однако первые три дня нового года ему, как главе семьи Итидзё, приходилось принимать гостей. Так или иначе, обязанности требовали оставаться дома.

Особняк делился на несколько частей. Для семьи отводилось крыло в западном стиле, тогда как комната приёма гостей располагалась в конце длинного коридора и была отделана в традиционном японском стиле.

Масаки остановился у двери, опустился на колени и постучался:

— Это я, Масаки.

— Заходи, — грубо ответили из-за раздвижной двери.

Голос сильно отличался от голоса Масаки, говорившего как подобает юному дворянину, но резким не был. В нём чувствовалась некая загадочная сила, идущая из живота, и неважно, что отец Масаки говорил тихо.

— Простите, — он открыл дверь и закрыл её за собой, не вставая с колен. Такая вежливость могла показаться чрезмерной между отцом и сыном, но Масаки с детства учили хорошим манерам, и он прилежно относился к этому.

Его отец же, Гоки, одетый в хаори хакама с фамильным гербом на груди, сидел в расслабленной позе — уперевшись локтём в ногу, словно «лорд» из знаменитой драмы, написанной в конце периода Сёва. Впрочем, никто не ругал Гоки за неподобающее поведение.

Масаки сел перед отцом. Они не слишком-то походили друг на друга. В семье Итидзё дети, как правило, напоминали мать, это знали все.

В этом году Гоки исполнилось сорок два. Сильно загорелый. Коротко стриженые волосы выцвели, так как он много времени проводил на солнце. Вид — гордый, как и подобает мужчине его лет. Однако выглядел он довольно молодо и обладал крепким телосложением, хотя и не слишком плотным. Несмотря на грубые чёрты лица, он производил сильное впечатление.

— Не напрягайся ты так, — сказал он севшему прямо сыну.

— Хорошо.

Масаки, все праздники Нового года ходивший в школьной форме, последовал совету отца и расслабился. Гоки не любил формальности, но знал всему меру. Любой человек, будь то член Десяти главных кланов или глава семьи Итидзё, должен вести себя надлежаще. Сейчас же, попросив Масаки расслабиться, он давал понять, что собирается поговорить с ним как отец, а не глава семьи.

— Масаки. В твоём возрасте честно ответить родителю на этот вопрос довольно трудно. Но я прошу откровенности.

— Что случилось? Что-то серьёзное?