Непрожитая жизнь

«В центре города»

Я перестал видеть в них жизнь,

они словно забыли, как надо дышать

и улыбаться. Если бы мог, закрыл их лица серыми

плоскими тряпками, которые не колышутся на ветру,

и поставил в один ряд…

Трикси любила любить и быть нужной. Ей постоянно казалось, что жизнь лучше, чем сейчас, ей не светит. Она могла часами напролет стоять возле окна или наблюдать, как ее отец, ныне покойный, разносит по почтовым ящикам письма и присвистывает очередную дурацкую мелодию, подслушанную у соседей напротив.

После каждого удачного дня, коих было немного, лишь один в неделю, он мог позволить себе немного кутежа и на время отвлечься от жизни. Грош цена его делам, а точнее, заслуги перед семьей стоят гораздо меньше, чем тот мешочек с деньгами, который он получал в середине и в конце месяца. Питер любил свою маленькую дочурку до тех пор, пока у нее не начали проявляться первые признаки полового созревания. После он хотел ее иметь грубо и нежно, но мать девочки, Мейв, всегда прятала ее за собой и изо дня в день вступала в бой с мужем, когда тот слегка подвыпил. Ну, гораздо больше нормы.

Они влюбились друг в друга еще давно и, не всегда, их отношения были теми, что можно было бы назвать мечтой. Огонь и вода – получается жгучий пар. Постоянные ссоры, скандалы. Их союз неумолимо переживал тяжелые времена, когда, однажды, простой дневной разговор не зашел слишком далеко.

– Ты знаешь, что такое выбор? – Питер откинулся на спинку стула и посмотрел на свою жену, – хоть раз приходилось тебе делать его

осознанно, не потакая воспитанию или мнению людей вокруг?! – его глаза искрили тихим пламенем.

Мейв была неподвижна и молчалива, кромсая свежую капусту для салата.

– Женщина, я с тобой разговариваю! – мужчина встал, ударив кулаком по столу. От сильного импульса упала кружка, а женщина вздрогнула.

– Милый, успокойся, прошу тебя, – она вздохнула, медленно подошла к мужу. Усадила его на прежнее место и нежно коснулась волос, начиная их перебирать, – моя жизнь сейчас – это и есть мой выбор, – она улыбнулась и внимательно заглянула в его голубые глаза, – обручение с тобой, жизнь в нашем доме и славная дочурка. Я все делала по зову сердца, хотя многие могли меня в этом обвинить.

– Это не ответ! – Питер был зол.

– Все, что происходит сейчас… Это мой выбор. А, правильный он или нет, мне уже не понять.

Трикси стояла за углом и подслушала их разговор. Раньше мама ей говорила, что многое не так уж и просто, как ей хотелось бы, но вера в лучшее и надежда – единственные спутники, которые должны помочь. Правильно ли она сделала свой выбор, появившись на свет. Правильно ли то, что она сейчас стоит и подслушивает разговор родителей. Не понятно так же, как и градус разговора двух взрослых людей.

Мир окутан мыслями, от которых нет шанса скрыться. Это лишь попытка обуздать хаос, найти в нем червоточину и усомниться в самом важном. Дальше дорога идет за горизонт, то есть туда, где ее не видно, не слышно, но мнительно ощутимо.

После долгих испытаний, которых придется преодолеть ей очень много, девочка, маленькая девочка верит в то, что это все не напрасно. Лишь бы был смысл. Лишь бы она осталась жива, чтобы найти ответы. Но, после ужасных криков за дверью на кухне, ей пришлось бежать. Снизу, под ее ноги начала сочиться кровь. Теплая, алая, маленьким ручейком. Она прижала ладонями рот и побежала прочь из дома.

1 глава

Он проснулся посреди мятой простыни с понурым взглядом и потухшими зрачками. Рядом привлекательная особа и небрежно лежащий красный халат подле кровати. Подушка испачкана красной помадой, пепельница опрокинута возле ночника. Хоуард хотел бы разглядеть ее лицо, что так настойчиво вчера было ниже пояса и смотрело строго вперед. Ее интересовал запах парфюма и сила страсти в штанах. А сейчас оголенные бедра, выпавшая грудь из бюстгалтера и растрепанные волосы. Он с удовольствием хотел бы воспроизвести вчерашний день в памяти и найти в нем последовательность… Сначала был «Шардоне», потом стук в дверь, за которой стояла добродушная приветливая горничная. И все. Туман застлал глаза.

Прошло слишком мало времени, чтобы Хоуард смог попытаться вспомнить недавний прилив сил, бодрости и желания скрасить вечер за бутылки алкоголя. Но, он не успел, потому что веки вновь отяжелели, а недалеко послышался знакомый причмокивающий звук и аромат преизбытка прошлого «Шардоне». Удрученный сумбуром собственной жизни, его деньги, коих оставалось все меньше и меньше из прошлого запаса

на "чёрный день", не видел ничего воодушевляющего. Чёрным по белому, дни напролёт, он бежал по очередному кругу. Подальше от того, что называл когда-то домом.

* * *

Ранним утром солнечные блики упали на маленький отель, который отбрасывал прямоугольную тень. У каждого жильца этой тёплой забегаловки за окнами висели шторы. Кроме одного.