Неприкасаемые (другой перевод)

«Ночью он просыпается с криком: „Это я первый! Я был первым!“ И опять засыпает, бормоча в полусне: Совсем я спятил. Завтра перестаю искать работу». Эта фраза не отрывок из романа, а цитата из статьи французской журналистки Мари Мюллер «Поколение, которое ищет работу», опубликованной в парижском еженедельнике «Нувель обсерватер». Мюллер рассказывает о девятнадцатилетнем Лоране, крепком, здоровом и жизнерадостном парне, который дал себе неделю срока, чтобы найти работу. Однако ищет он ее уже долгие месяцы, перебиваясь мелкими, случайными заработками. Если хочешь получить место, нужно всегда прийти первым к окошечку бюро по найму, непременно первым примчаться туда, где можно надеяться хоть на какую-то работу. Но трудно, почти невозможно обогнать два миллиона человек — столько сегодня безработных во Франции, — у каждого из которых одна цель — быть первым среди последних и продать свои свободные руки, жаждущие лишь одного — трудиться.

Безработица — незаживающая социальная язва капиталистического общества, несущая людям горе и страдания. Словно рак, она подтачивает человеческую личность, утратившую смысл своего существования, наглядно олицетворяя несправедливость и бесчеловечность буржуазного общества. Безработица в буквальном смысле слова убивает личность. «Когда не имеешь работы, — признался американский безработный Гарри Мауреру, автору вышедшей в США книги „Без работы“[1], — кажется, что умираешь. Полностью исчезают все жизненные стимулы». Страшное признание!

Огромный эмоциональный и моральный ущерб безработица больше всего наносит молодежи. Во Франции, например, более половины безработных — лица моложе 25 лет. В США каждый пятый молодой американец не имеет работы. Полные сил люди, которые, в сущности, еще не вкусили по-настоящему полноценной жизни, оказываются за бортом, чувствуя себя ненужными, никчемными, лишними. У них развивается комплекс социальной неполноценности, они ощущают себя изгоями, париями буржуазного общества, которое лицемерно прокламирует пресловутый принцип «равных возможностей».

О безработице на Западе без конца пишут политические и профсоюзные деятели, экономисты и социологи, историки и публицисты. Страницы прессы изо дня в день заполняются сообщениями о самоубийствах, росте нервных заболеваний, алкоголизме, распаде семей, неотступном страхе перед будущим, беспросветном отчаянии, преступности. Все это чудовищные, будничные спутники безработицы. Эту болезненную трагическую тему современности не обходит стороной и художественная литература. Все чаще появляются произведения, авторы которых обращаются к изображению жизни безработных, особенно молодых, в сегодняшней Франции.

«Как это ужасно, — говорит известная писательница-коммунистка Мадлен Риффо, — быть молодым и не иметь места в жизни… Психологи и психиатры теперь приходят к выводу, что существует нечто вроде синдрома безработных. Когда вступаешь в жизнь, в которой для тебя нет места, возникает ощущение, что тебя никто не ждет, что ты никому не принесешь пользы, будешь просто есть хлеб отца с матерью, хотя они и так-то зарабатывают не слишком много, что ты не нужен обществу, никому не нужен».

«Безработица, — заявляет видный публицист, коммунист Андре Вюрмсер, — невозможность найти применение своим способностям и знаниям подавляют молодежь капиталистического мира».

О проблемах безработицы с большой тревогой размышляют и буржуазные литераторы. Нет никакой случайности в том, что этой больной социальной проблеме посвятили свой новый роман «Неприкасаемые» (1980) известные прозаики Пьер Буало и Тома Нарсежак.

Знаменитые соавторы Пьер Буало (род. в 1906-м) и Тома Нарсежак (род. в 1908-м) почти тридцать лет пишут вместе и выпустили за это время более тридцати романов, завоевав огромную популярность не только у себя на родине, но и за ее пределами. Советский читатель знаком с их творчеством по переведенным на русский язык книгам «Та, которой не стало» и «Инженер слишком любил цифры».

Буало и Нарсежак разработали оригинальный тип психологического детективного романа, далеко отойдя от традиционной схемы детектива, чья суть сводилась к раскрытию или разгадке преступления. В их книгах, как правило, сыщики не гоняются за убийцами, а полицейские — за ворами. Почти все произведения Буало и Нарсежака раскрывают кризис личности в нынешнем буржуазном обществе. Писатели неизменно берут самый острый момент в судьбе человека, который — зачастую не по своей вине — оказывается жертвой несправедливого мира, попадает в безвыходную «ловушку» обстоятельств. Капиталистическая действительность увидена глазами жертвы, затравленной одиночки, бессильной что-либо изменить в своей судьбе. Зловещая, мрачная атмосфера зла и кошмара, неизбежности таинственного преступления пронизывает многие романы Буало и Нарсежака. Однако писатели очень часто выводят персонажей, которые сами загоняют себя в тупик, поддаваясь слабостям своего характера или порочности собственной натуры.